Глава 5
Сотня храмов
Пока карета грохотала по брусчатке, Дженни не отлипала от зарешеченного окошка. Картинки сменяли друг друга — горожане сновали во всех направлениях, натыкались на ратлеров, кричали, размахивали руками, показывали друг другу желтые газетные странички. «Зоркий глашатай» и впрямь наделал шума в Эвероне!
Потом стук колес стих, мостовая закончилась, карета пошла ровнее. На окраине людей было поменьше, потом и последние домишки остались позади. Немой кучер остановил лошадей. Квестин тяжело вздохнул и сказал:
— Дальше пойдете сами. Морко, надеюсь на твою осмотрительность.
— Мы как будто на войну с Погонщиками Ветра выступаем, — фыркнула Дженни. — Ну что здесь такого, в этой прогулке?
Ее замечание вызвало новый вздох префекта, но дворецкий уже распахнул дверцу кареты и выбирался на дорогу, тяжело грохая деревянной ногой по кованным ступенькам.
Карета укатила, и гоблин зашагал от околицы. Дженни, озираясь, пошла рядом. В Эверон Папаша Бурмаль въезжал по другой дороге, эти края она видела впервые. По обе стороны тянулись заросли колючего кустарника, торчали стены каких-то давным-давно развалившихся построек. Пустынное место, зато грунтовая дорога была плотно утоптана, и колеи заметны. Почва здесь была влажная, в воздухе висел застоявшийся запах испарений и тлена.
— Здесь никто не селится, — объяснил гоблин, — но в храмы из города ходят.
— Но почему именно здесь? Это же просто болото! Вон, запах какой, точно — болото.
— Именно поэтому. Дешевая, даже бросовая земля. Если горожанам нужны боги и храмы, лорды предоставляют землю для этих целей. Но только ту, от которой все равно нельзя получить дохода.
— Они совсем не чтят богов?
— А зачем им это? Своего-то бога они съели, так ради чего им уважать чужих?
Морко подобрал на обочине камень размером с кулак и велел Дженни сделать то же самое: такие правила.
В воздухе сильнее запахло сыростью, а над кустарником впереди показались многочисленные купола самой причудливой формы. Дорога сделала поворот, и Дженни увидела знаменитую долину Сотни Храмов, затянутую облаками испарений. Дорогу сменила гать из наполовину утонувших в вязком грунте бревен, показались затянутые зеленой тиной лужи… долина оказалась болотом. На островках, укрепленных сваями и валунами, высились постройки различной архитектуры — большие, маленькие. Там, где гать распадалась на множество тропинок, уходящих к храмам, торчали несколько лавок, торгующих культовыми принадлежностями. Морко остался ждать на дороге, пока Дженни заглянула в одну из них.
Старуха, у которой Дженни купила поминальные свечи, проворчала:
— Скоро этот товар пойдет еще лучше. Говорят, будет война.
— Я тоже слышала, — кивнула Дженни, чтобы отделаться от торговки, которой хотелось поболтать.
— Зря ты шляешься с гоблином, это мерзкое племя! — бросила ей в спину старуха, когда Дженни собралась уходить. — Все, все до единого, мерзкие, грязные! Ничего у меня не покупают!
— А у гоблинов тоже есть свой храм? — спросила Дженни дворецкого, когда дверь за ней захлопнулась.
— Можно сказать и так. Есть место, куда мы ходим подумать о вечном, — Морко повертел в зеленых пальцах булыжник, который подобрал по дороге. — С твоей точки зрения, там нет храма, просто куча грязи.
— А с точки зрения гоблинов?
— Из грязи рождены, и в грязь возвратимся, грязь была всегда и пребудет вечно, до нас и после нас, — торжественно произнес дворецкий. Похоже, он цитировал какой-то гоблинский священный текст. — Но не поклоняться же грязи? На нее просто полезно смотреть, чтобы думать о вечном. Когда отыщешь свой храм, брось камень, который принесла в долину.
— Куда бросить? — удивилась Дженни.
— Под ноги. Хочешь — у входа в храм, хочешь — на дорогу, ведущую к нему, а хочешь — вообще куда-то в сторону. Так ты выразишь свое отношение к этому божеству.
Дженни оценила этот обычай: ну да, если храм построен на болоте, то можешь поддержать его своим камнем. Очень наглядно!
— А где храм Трохомора?
— Вот эта тропинка. Он издалека заметен, ты сразу увидишь, когда обогнешь остров с осинами. Ну а я схожу к месту грязи, подумаю о вечном и буду ждать тебя здесь, на дороге. Не забудь, мы обещали господину Квестину возвратиться засветло.
Дженни кивнула и зашагала по указанной тропинке, прижимая к себе свечи и подобранный по пути камень. Под ногами хрустели булыжники, принесенные прихожанами. Тропинка миновала группу чахлых кривых осин, поднявшихся на глинистом бугорке. Потом был маленький храм какого-то божка, неизвестного Дженни, и за поворотом должно было показаться святилище Трохомора, покровителя бездомных, попрошаек, странников и сирот. Дженни ожидала увидеть что-нибудь небольшое, скромненькое, но вместо этого увидела великолепное здание с высоким сферическим куполом, который сиял в солнечном свете свежей позолотой. Такая роскошь выглядела неуместно посреди болота и совсем не подходила Трохомору, которому обычно ставили приземистые часовенки на перекрестках.