Когда Дженни вошла в кабинет префекта, тот стоял у окна и, загородившись шторой, наблюдал за происходящим у входа. Дженни, привстав на носки, глянула поверх его плеча. Дама в черном — несомненно сама леди Урсула — стояла у кареты, а перед ней вытянулся сержант Кубер. Женщина говорила, стражник кивал. Охрана Повелительницы Огня, несколько солдат в черной униформе и доспехах из тусклой вороненой стали, держались поодаль. Они старательно пялились в сторону, поскольку, вероятно, им не полагалось знать, о чем говорит госпожа.
Знаменитая начальница тайной стражи Вулкана Дженни совсем не понравилась. Тощая и костлявая дамочка, типичная представительница своего народа. То есть черноволосая наследница вечно голодных дикарей. При этом она отличалась болезненной бледностью, и ее лицо казалось вырезанным из куска лежалого сыра — потемневшего и зачерствевшего.
Сержант, не смея отвести взгляд от собеседницы, но и не глядя ей в глаза, бессмысленно пялился поверх плеча леди. Его губы изредка шевелились — он что-то отвечал.
Наконец разговор окончился, Кубер щелкнул каблуками, а леди Урсула, подобрав юбки, полезла в карету.
— Убралась, — буркнул префект. — Наконец-то можно вернуться к делу.
— А что ей было нужно-то?
— Так и не сказала. Ходила, высматривала непонятно что. Говорила, что нужно быть бдительными, в городе могут объявиться шпионы Погонщиков Ветра. Откуда им здесь взяться? Потом велела Куберу ее проводить и удалилась.
— А вы не любите тайную стражу, — сделала вывод Дженни.
— Их никто не любит. Да и за что? — ответил Квестин. — А мне они мешают работать. Ты же знаешь, я надеюсь отыскать Повелителя Огня, виновного в смерти жены, но все преступления лордов находятся в ведении тайной стражи. Мне запрещено разнюхивать что-либо об их делах. А они только по названию тайные! На самом деле открыто лезут во все значительные дела!
Его речь прервал стук в дверь — явился Кубер.
— Чего она от тебя хотела, сержант? — обернулся к нему Квестин.
Дональд залился краской. Он очень мило краснеет, подумала Дженни.
— Не уверен, что понял правильно леди Урсулу, господин перфект, — с запинкой ответил Кубер. — Она говорила о бдительности.
— Ладно, вернемся к делу.
Все трое расселись у стола, и префект подвел итоги:
— Итак, по нашему списку. Смотритель Тысячи Столбов подозрений не вызывает. Воришка по имени Джек Джек — тоже. Я, конечно, обращусь в префектуру его округа за подтверждением, но даже если он лгал, не думаю, что это имеет значение. Может, где-то малость присочинил, но в целом его, вероятно в самом деле выгнали из шайки, и, получается, мстить за него никто не станет. Самым интересным моментом остается медальон со звездой.
— Да, вмешательство Томса выглядит крайне подозрительно, — вставил сержант. — Но подступиться к ломбарду мы не можем. Если Брем Борк не берется вести слежку, то у нас нет подходящего агента для такого дела.
— Я бы кое-кого предложила, — осмелилась Дженни.
Оба стражника с удивлением обернулись к ней.
— У нас же есть один человек, которого сотрудники Томса не знают. Я имею в виду Джека.
— Джека?! — в один голос удивленно спросили перфект и Дональд. — Джека Джека? Преступника?
— А что такого? Его выгнали из шайки, податься ему некуда, он согласится поработать на нас. Наблюдать и замечать он умеет.
— Дело не в его согласии, — заметил Квестин. — А в том, насколько он может быть полезен.
— Он вор, и если люди этого самого Томса его заметят, то никак не свяжут с префектурой, — объяснила свою идею Дженни. — По крайней мере, он присмотрит за ними.
Сержант удивленно хлопал глазами, но префект уже принял решение:
— Кубер, приведи сюда этого заморыша.
Услышав предложение префекта, Джек Джек задумчиво почесался, гремя кандалами и удивился куда меньше, чем ожидала Дженни. Видно, положение его в самом деле было безвыходное.
Зато сержант сомневался.
— Не могу поверить, что мы это обсуждаем всерьез, — буркнул он. — Джек преступник, пойманный с поличным.
— А еще он жертва, его тоже обокрали, — напомнила Дженни. — Одно ограбление минус одно ограбление — в итоге ничего не осталось.
— Благослови тебя Трохомор, барышня, — вор с чувством прижал руки к впалой груди, от чего цепи загремели. — Все бы так считали!
Квестин поморщился:
— Закон считает немного по-другому. Все зависит от того, как ты сработаешь, Джек. Надеюсь, ты меня понял.