А Дженни ничего не сказала, хотя именно в этот раз у нее нашлись бы аргументы в защиту прессы. Она отлично знала, что вовсе не всегда вздорные слухи берутся из желтых страниц. Иногда их придумывают веселые люди. Тем не менее, решила промолчать, а при случае выяснить в префектуре, полагается ли раскаявшимся злодеям какие-то поблажки. Надо будет спросит Реми, он как-никак изучает законы и должен знать…
Но про себя она подумала, что скрывает вину не потому что боится возмездия, а просто приберегает эту историю на случай, если Квестин не возьмет с собой на службу. Вот тогда Дженни и пригодится доказательство того, что оставлять ее дома гораздо опасней. Когда Дженни скучает — Эверон под угрозой!
За ужином Квестин пересказал последние новости. Увы, они не касались лорда, убившего семью Дженни. Ту историю успели забыть, поскольку после трагической ночи произошло слишком много страшных и волнующих событий. Корабли привезли с Гранделина подробности несчастливой битвы против Погонщиков Ветра.
Армия Эверона победоносно промаршировала до предгорий по пустынной степи, не встречая сопротивления. Они шли к горам, где находились серебряные рудники, из-за которых и разгорелась война. Предполагалось, что армия возьмет спорные рудники под охрану. Погонщики Ветра тем временем собирали подвластные им племена именно в предгорьях, где было достаточно воды для многочисленного войска. Там они и навалились на эверонцев всей силой. Поражение было полным и сокрушительным, Погонщики гнали побежденных до самого моря, где усталые и поредевшие отряды эверонцев заперлись в прибрежных крепостях…
Об этом рассказали раненные воины, те, кто мог ходить. Те, кто мог добрести от госпиталя до кабака и заработать на кружку хмельного, рассказывая о своих подвигах. Они, разумеется, толковали о всяких чудесах, так что жители Эверона, наслушавшись их рассказов, поверили и в убийц на крышах.
Совершенно естественным образом тема битвы на Гранделине увела разговор от сгоревших крыш, а потом Квестин отправился отдыхать после ночных беспокойств, и Дженни вздохнула с облегчением: по крайней мере сегодня ей не придется каяться в истории с трубочистом. Она вернулась к себе в комнату и села на кровать. В окно барабанил дождь, с кухни доносился плеск воды и тихо бренчала посуда… Потом и эти звуки стихли, Морко покончил с домашними заботами и скрылся в своей каморке. Дженни как-то задумалась: чем он занимается в свободное от работы время? По всей видимости, точит ножи. Других склонностей за гоблином она не замечала.
Дженни прислушалась: в доме ни звука. Что, если прокрасться к двери комнаты дворецкого и послушать? Не донесется ли из каморки звук точильного камня? Интересно же, в самом деле! И заняться решительно нечем.
Дженни медленно и осторожно, чтобы не скрипели половицы, прокралась по коридору. И, как бы аккуратно она ни переставляла ноги, то и дело слышала какой-то скрип и скрежет. Вроде, не из-за нее, но шум явно шел откуда-то снизу, из-под пола. Что за глупости? Дженни уже успела обругать собственную неловкость, и почти решилась вернуться, но тут под ногами громко стукнуло. Звук был такой, будто внизу, под домом свалилось что-то тяжелое, и уж тут Дженни была ни при чем!
Дверь комнаты Морко резко распахнулась, не издав ни малейшего звуки — петли были хорошо смазаны. Гоблин стоял на пороге со взведенным арбалетом в руках, и острие наложенного болта глядело точно в живот Дженни. Снова, уже второй раз!
— Я надеялась, что, если мы перешли на «ты», то этот арбалет на меня больше не направят, — пролепетала она, пятясь.
— Что ты здесь делаешь? — тихо спросил гоблин, опуская оружие.
— Я… э-э-э… внизу шум какой-то. Я подумала, то есть стало интересно, то есть непонятно, вот и…
— Ага, — Морко, склони набок уродливую голову, прислушался. Грохот падения тяжести больше не повторялся, но из-под пола шел мерный шорох и скрежет. — Не показалось! Это они.
— Кто?
— Ратлеры. Значит, аудиенция сегодня. Разбуди его милость, а я соберусь.
Дженни отправилась на второй этаж известить Квестина, а Морко убрался к себе, и в комнате тут же залязгало железо. Квестин проснулся не сразу, пришлось долго стучать, но, едва очнувшись, он сразу стал бодрым и деятельным. Сказал, что спустится через несколько минут, и в самом деле вскоре появился внизу. Дженни тоже не потребовалось много времени, чтобы переодеться в мужской наряд, который она заранее приготовила для подобных случаев. Все темных оттенков: рубашка из грубого сукна, куртка и брюки с толстыми кожаными накладками на плечах, локтях и коленях. Ну и мягкие сапожки. Ведь им придется спускаться под землю, там грязно и сыро.