- Я же пошутил! Ты обиделась?
И с надеждой заглянул в лицо.
- Да! Я обиделась!
- Эль!
- Что?!
- Я же пошутил! Мы же друзья!
Элиана хмуро посмотрела на Гуннульв.
- Когда ты был меховым шариком, с тобой было легче общаться.
Парень отмахнулся.
- Да прекрати ты. Я просто еще не привык. Не Ксюху же мне целовать, она ж моя родственница!
От удивления Элиана даже забыла про обиду.
- Ксюха - твоя родственница?!
- Ну, да, - Гуннульв пожал плечами. - Я монстром-то после смерти стал. А до того был человеком, вот таким вот примерно. И Вилдэр фактически - мой дальний родственник.
- Обалдеть!
- Не проси рассказать ничего, - вздохнул парень. - Я почти и не помню ту жизнь.
На секунду Эли даже стало его немного жаль. И ведь правда: превратила в человека, а теперь-то что делать? Не обратно же превращать! Как вообще она до такого додумалась?
- Эй! - раздался вопль Ксюши. - Вы там чего притихли? Уже поубивали друг друга? А ну, выходите! Я все еще жажду разборок!
- Идем?
Гуннульв протянул Эли руку. Во взгляде его не было ни насмешки, ни ехидства, а потому Эль немного нервно, но уверенно подала ему ладонь и, почувствовав себя спокойнее, нахмурилась.
- О, вы помирились, - хмыкнула Ксюша, увидев, как Гуннульв и Эль выходят из прачечной. - Здорово. Ну что, будем обсуждать сложившуюся ситуацию?
Они уселись в гостиной. Ксюша приготовила кофе, Гуннульв опять что-то ел, а Эль как будто бы притихла, то ли смущенная, то ли еще что...
- В общем, вы вчера выпили, - начал Гуннульв. - И пошли колдовать. Вернее, на любовь себе гадать.
- Это я помню, - влезла Эль.
- Вот и рассказывай, раз помнишь, - резво откликнулся Гуннульв.
- Опять? - вздохнула Ксюша. - Я сейчас напьюсь!
- Все, молчу, - хихикнула Эли.
- Где вы свечи нашли, я не знаю. Очевидно, остались после какой-то вечеринки, потому что они были разноцветными и в блестках. Но вас это не смутило. В общем, сначала ты, Элька, решила подсобить подруге в любовных делах. Заставила ее написать записку с качествами, которые она хотела бы видеть в любви всей своей жизни, чего-то там намудрила с заклинанием - я не слышал - а итогом стал вот этот кулон на ее шее.
- И что он означает?
- Насколько я понял из заклинания, он...м-м-м... "консервирует" твои чувства до определенного момента.
- До какого момента? - опешила девушка.
- Пока ты свою любовь не встретишь, - ответил Гуннульв. - Настоящую. До тех пор влюбиться не сможешь, а вообще, скорее всего, даже отвращение будешь испытывать. Я не все понял: Эль читала очень быстро, но вроде как это индикатор. Когда наступит определенный момент, он изменит цвет.
Все замерли. Ксюша переводила взгляд то на Гуннульв. То на Элиану.
- Эль! - наконец выдохнула она. - Ты чего наделала?! А если эта "любовь" мне вообще не встретится?! А если он будет психом каким-нибудь?! Или маньяком?!
- И дались вам эти маньяки, - пробормотал Гуннульв.
- Или еще кем-нибудь хуже!
- Хуже маньяка?
Эль сидела, явно пораженная услышанным. Кажется, такого она не ожидала даже от самой себя.
- Да я даже заклятья такого не знаю! - возмутилась девушка.
- Ого, ты его еще и придумала, - с уважением отозвался Гуннульв. - Ну, ты даешь, чудо крылатое.
- Хорошо, - Ксюша глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. - А ты как превратился в человека?
На это Гуннульв печально развел руками.
- Увы, не помню. Вы, обрадовавшись, что заклинание сработало, куда-то ушли. Потом вспышка, и я лежу на полу. Потом прибежала, вернее сказать, приползла Эль, радостно ухмыльнулась и - передаю дословно - выдала:
- Какой милый мальчик лежит у нас в гостиной! Ксюха! Подь сюды!
Эль покраснела и отвернулась, а у Ксюши даже рот открылся от удивления.
- А дальше мы пили уже втроем и я почти ничего не помню, - закончил Гуннульв. - Ядреное вино вы достали, девчата.
- Что-то я даже не знаю, на кого орать, - призналась Ксюша. - С одной стороны - виновата Эль, она наколдовала такую ерунду. С другой - это я вино принесла, да и пили мы вместе.
- Свалим все на Гуннульв? - вяло предложила Эль, за что тут же и получила тычок под ребра от парня.
- Как нам все родителям объяснить, вот в чем вопрос, - задумалась Ксюша.
Но Элиана, как оказалось, на этот счет даже и не волновалась.
- А зачем им что-то объяснять? Скажем, само получилось...
- Ага. Такое только в детстве проходило, и то не всегда. Сам Гуннульв превратился, сам кулон из маминой шкатулки переместился мне на шею и - вот ведь зараза какая - не снимается. Все само, а мы вообще пирожки жевали на диване, ага.
- Да, ты права, - согласилась Эль. - Звучит по-детски. Может...м-м-м...что это наш научный проект? Мол, работали над преодолением заклятий-проклятий всяких, вот результат. Якобы мы давно задумывали это провернуть, но боялись, что не получится, и молчали.
- Слушай, - Ксю довольно прищурилась. - Мысль интересная. У тебя вроде как работа научная на подобную тему, да? Ты, кстати, не из нее заклятье брала, нет?
- Не помню, - вздохнула Элиана. - Может, и из нее.
- Тогда так и сделаем. Гуннульв, возражений нет?
Тот покачал головой и продолжил пристально рассматривать что-то, находящееся за спинами девушек.
- Это здесь было?
Девушки синхронно обернулись. На небольшом столике, где Веста хранила всякие мелочи и статуэтки, лежал пергамент, перевязанный атласной коричневой ленточкой. Пергамент чуть дымился, что свидетельствовало о его недавнем появлении. Элиана быстро развернулся свиток, пробежала глазами первые несколько строчек и протянула его Ксюше.
- Тебе.
Нахмурившись, девушка начала читать. По мере чтения ее лицо приобретало обеспокоенное выражение.
- Мама, - сказала она. - Просит приехать, Марина приехала, у Марины роды, все в институте, с Олькой сидеть некому, а она боится в замке оставаться.
- Что за люди! - возмутилась Эль. - Не дадут человеку день рождения отпраздновать!
- Отпраздновали уже, - буркнула Ксюша. - Пойду, вещи соберу. А вы пока оставайтесь здесь, не думаю, что это займет больше суток. И не высовывайтесь, я приеду, и придумаем, как Гуннульв родителям представить.
- А они сюда не заявятся? - забеспокоился парень.
- Не должны. Риорские в университете заняты, а все мои ускакали к Марине, на ляльку смотреть. Вряд ли им придет в голову отдохнуть здесь пару дней. Но на всякий случай будьте настороже.
Ксюша убежала одеваться. А Эль и Гуннульв настороженно переглянулись. Они почему-то не пришли в восторг от перспективы остаться наедине.
***
Элиана любила ночью плавать. Вернее, она просто любила плавать, но плавала ночью, потому что стеснялась того, как крылья смешно торчат из воды. Она медленно пересекала небольшой бассейн, наслаждаясь ощущением прикосновения холодной воды к разгоряченной после душа коже. Свет не включала: полная луна вполне справлялась с освещением, нисколь не создавая пугающей или угнетающей атмосферы. Девушка перевернулась на спину, расправила крылья и прекратила всякое движение, просто лежала на воде и смотрела в потолок, размышляя о чем-то своем, может быть, девичьем, но, несомненно, очень важном.
Гуннульв знал и то, что Эль каждую ночь ходила плавать, и то, о чем она, вероятнее всего, думала в этот момент. Стоял за колонной, наблюдал, но пугать не хотел. Впрочем, как оно часто бывает, судьба распорядилась иначе: одно неосторожное движение, а с грохотом на каменный пол упала стойка для полотенец и одежды. Элиана взвизгнула и ушла под воду, Гуннульв замысловато выругался, потирая ушибленный локоть.
- Ты что, идиот?! - раздался возмущенный голос Эль, которая, отплевываясь и фыркая, пыталась вернуть себе равновесие.
Наконец, решившись не мучиться, девушка взлетела. Спустя секунду вспомнила, что плавала без одежды и вновь упала в воду.