— Как ты себя чувствуешь? — я отхлебнул и поморщился, горько-кислый вкус и правда омерзителен. Но как только я выпил глоток, то тут же ощутил, как в голове становиться яснее и сон уходит.
— Я думал, что один считаю… что отвары Химио просто отвратительны на вкус, — поморщившись ответил он, я взглянул в его глаза и обнаружил, что лиловый цвет Бездны теперь был спрятан под основным цветом глаз самого Лилирио и это было не обычно.
Мы засмеялись.
— Да это точно. Лири, ты помнишь, что с тобой произошло?
— Помню в общих чертах. Честно говоря, вероятно, я должен начать с извинений и сказать, что был под контролем Бездны и не хотел всех этих зверств, я бы и рад сказать, что это так… но… все это не так и будет нечестным. Я хотел их убить, я хотел, чтобы они почувствовали эту боль. Думаю, именно поэтому Бедна мне открылась, и я позволил ей управлять своим сознанием. Так по крайней мере, сказал мне Аки. Он рассказал мне все, что знал. Аки действительно удивителен.
— Раньше я тоже так думал, но теперь я знаю, Аки не просто удивительный, он удивительно добр для того, кто был рожден в Бездне кошмара и пустоты.
— У меня в голове все еще туман, пойду лягу. Амэ, спасибо тебе за все, за то, что спас меня вместе с Аки.
— Но я ничего не делал.
Лилирио улыбнулся, и закрыл глаза рукой. Он был смущен и растроган.
— Нет сделал. Ты спас Аки, спас его, чтобы он мог спасти меня. Мы как будто настоящая семья. Эй, Амэ… никто не говорил тебе, как сильно вы с Аки похожи…
— Нет, мы не похожи, мы совсем разные, — возразил я, вглядываясь в зеркало, висящее на противоположной стене.
— Не так… не ваша внешность похожа, и даже не ваши характеры, они совсем разные. Нет… похож ваш образ мыслей и стремлений. Я бы даже сказал, что он одинаков. Амэ, кода Аки здесь появится, разбуди нас… но прежде спроси его… как он контролирует врата в Бездну? Если он одновременно является и вратами и ключом к ней… долго даже его тело не выдержит… произойдет разлом… и Бездна прольется…
Я был шокирован, но все же я был благодарен Аки и Лилирио, они оба сделали нас сильнее, сделали нас ближе друг к другу. Я выпил теплого чая и отправился в ванну. Для этого мне пришлось идти в общий коридор и наливать бассейн, но я решил, для расслабления усилия стоят того. Я вылез из ванны, когда почувствовал, что скоро встанет солнце. Обтянув торс полотенцем и завернувшись в свой теплый махровый плед, который я предусмотрительно взял с собой, я поплелся обратно в нашу комнату, дверь была открыта. Я взял гримуар в руку и аккуратно толкнул дверь, в общей гостиной никого не было. Последняя спальня в полукруглой гостиной с черной дверью пустовала до этого, но сейчас дверь была приоткрыта и горел приглушенный магический цвет.
Я убрал гримуар в плед, окутывавший меня в три слоя.
— Значит нам просто подселили новенького, — я почему-то чувствовал сожаление. Ведь Аки не мог так быстро освободиться от совета академии, значит, нам подселили кого-то другого. Раздосадованный, я толкнул черную дверь. Эта спальня была меньше всех остальных, стол стоял у дальнего окна, маленькая черная кровать, стены были покрашены в темно-синий цвет и магические огоньки фамильяры постоянно горели в трех светильниках на стенах. Шкаф для книг ютился с маленьким комодом.
Он выглядел таким же, как и в нашу первую встречу. Очень элегантный, в белой сорочке с широким рукавами, на шее синяя ленточка с аметистовой брошью, Аки сидел на кровати, закинув ногу на ногу, и читал какую-то книгу. С меня капала вода на пол, и я не мог поверить своим глазам.
— Аки?
— Доброе утро, не лучшее время для подселения я выбрал или стоило присоединится к тебе в ванной? — А когда Аки шутил, он даже не улыбался, и поэтому его шутки очень часто можно было спутать с угрозой. Но я уже хорошо знал его. Он шутил, я улыбнулся.
— Нет, я предпочитаю мыться в компании девчонок или один… — пошутил я в ответ. Но тут же стал серьезным. Я прошел в комнату, и сел рядом с ним. — Эй, Аки, я рад что ты с нами. Как прошло с профессорами?