— Так не должно быть, это не честно! Амэ! Это не честно! Лиан ты не должен оставаться здесь, если не хочешь! Учитель! — Лилирио срывался, кричал, мимолётом я подумал, что если бы Бездна оставила ему способность плакать, сейчас он бы плакал.
— Не называй меня так, Лири, я спас твою жизнь не для того… я уверен, что для тебя там еще есть чувства, которые ты должен испытать прежде, чем Бездна окончательно утащит тебя. Поэтому иди… иди с ребятами и строй новый мир, в том числе и для меня тоже.
— Я не хочу… я могу остаться здесь…
Я положил руку на плечо Лилирио и с его криками подтолкнул к платформе, он исчез. И Лиан вздохнул с облегчением.
— Спасибо, думаю никто бы не сумел его заставить кроме тебя, Амэ…
Лиан действительно был готов. Думаю, он бы готов с самого начала, еще о того, как мы сюда попали. Он был готов ко всему и это было удивительно. Единственный из нас с кем Бездна по-настоящему сроднилась, что ли…
— Похоже я теперь тоже буду у него врагом, как и Аки. Когда нам ждать твоего возращения, Лиан?
— Это решаю не я… Повелитель решит это. Амэ, проследите за ним.
— Конечно, само собой.
— Тогда иди и своих друзей не забудь, — Лин рассмеялся указывая на сотни скелетов вокруг.
— Хорошо. Лиан, запечатай проход, и врата. Так, чтобы только ты мог их открыть.
Лиан покачал головой.
— Амэ, я запечатаю их, но он, если начнёт и дальше изучать мою магию, обязательно найдет способ их открыть. Поэтому я и прошу, будьте очень внимательны к нему.
— Эй! Я все понял, Король Кошмаров… — это был титул, который Повелитель дала Лиану, за то, что он теперь стал главным и самым сильным среди Стражей Кошмаров Бездны.
— Лиан, все шутки в Бездне становятся кошмарами… мы будем ждать.
Он кивнул. И я произнес заклинание, которое перемещало всех моих друзей сквозь туннель, а затем я ступил на платформу и в последний раз в этой вечности увидел лицо Лиана.
Храм Кирит — обитель некромантов, построенная ими же самими в новом мире, который они себе подчинили. Храм выполняет несколько функций. Во-первых он собирает, концентрирует, а затем перераспределяет по разным мирам магическую энергию, которая идет из Минас-Аретира через Бездну. Во-вторых, внутри него находится источник формиата — вещества которое отравляет земли, и превращает их в среду для обитания мертвецов. Кирит является домом для высших некромантов, то есть членов семьи фон Штэтэрн и множества других темных волшебников, которые на протяжении долгого времени пополняли ряды некромантов фон Штэтэрн. Так огромная семья поделилась на две основных ветви и у Кирита было и официально появилось двое правителей. Клан Смерти — правителем которого стал Аки фон Штэтэрн, и Огненный Клан — правил которым его брат — Амэ фон Штэтэрн. Тьма начала свой путь и постепенно цветущий мир Теониса превратился в отравленный мир Заоблачной Крепости.
Глава вторая — «Амэ»
Алая нить судьбы
Аканэ Аки, я родился в семье очень известных волшебников Аканэ в то время в Теонисе, но с первых же минут моего появления на этот свет, моя мать знала, что я не ее дитя и я убил ее разу же после того, как появился на свет. Я был ребенком тьмы, а не ее. Ребенок родившийся с фиолетовыми глазами в семье Аканэ сразу же стал символом смерти. С рождения люди всегда задавались тремя вопросами…
Почему мы рождаемся?
Каков смысл нашего существования?
И что случится с нами после смерти?
Три вопроса на которые ответов людям не могла дать даже магия. Я же был единственным рожденным, кто мог дать ответы на эти вопросы и знал их. Рядом со мной умирало все живое, и когда моя семья окончательно в этом убедилась, они отстранись от меня, боясь словно прокаженного. И в итоге я был один, и я посчитал, что никто из них не достоин узнать ответы на эти вопросы. Ответы, что дала мне Бездна, породившая меня. Я был рожден в Бездне, соткан из Хаоса.
Так вот, с того момента, как я был рожден и брошен своей якобы «семьей», они ведь даже не попытались меня принять. Я стал вести наблюдательную жизнь, и я понимал, что долго это не продлится. Вскоре моим родственникам надоест, что в доме вянут цветы, умирают домашние животные, заболевают слуги и они обязательно будут искать способ от меня избавиться. Но пока я все еще жил в этом особняке, то мог наблюдать за жизнью людей как внутри, так и снаружи дома.
Я никогда не рассказывал ему об этом и не знаю расскажу ли вообще. Но с Амэ я был знаком еще задолго до нашей встречи в коридорах лаборатории, когда я решился заговорить с ним. Точнее я знал его, знал и наблюдал за ним, а он не подозревал, наверное, о моем существовании. Хотя признаться честно, нам обоим будет выгодно, если он никогда не узнает об этом.