Раньше Конклав был совсем иным — в те далекие годы, когда Эйдан Айтверн, одолев в бою своего родича Шэграла Крадхейка, заключил союз с Тристаном Фэринтайном, главой одного из величайшего эльфийских родов, и принялся набирать учеников, чтобы обучить их плетению чар, а также собирать уже состоявшихся чародеев. Таких в Срединных Землях оказалось всего ничего.
После падения Империи Света фэйри, сиды, альвы, гномы и им подобные почти тысячу лет властвовали над Срединными Землями. Некоторых из людей они обучили магии, а некоторые пришли к ней сами, изучая обрывки наследия погибшей империи. Постепенно позиции сидов ослабли, люди создавали собственные королевства, изгоняли эльфийских хозяев прочь. Некоторые из Древнего Народа пытались сопротивляться — как тот же самый Шэграл Крадхейк, возглавивший последнюю атаку фэйри на юный тогда Иберлен и прозванный Повелителем Бурь. Другие предпочли заключить с людьми союз — так сделали Айтверны, очеловечившиеся потомки легендарных драконов, и Фэринтайны.
Что касается Кэйвенов, они овладели магией вскоре после падения Империи Света и являлись одним из самых древних кланов волшебников. Кэйвены помогли лорду Эйдану одержать победу над Шэгралом, желавшим вновь подчинить себе человечество. Победители создали Конклав, намереваясь сообща идти в лучшее будущее, как говорилось в первых манифестах братства.
"Теперь о совместной работе мало кто помнит", невесело подумала Катриона.
Верховный Совет собрался в Пламенном зале Башни Ренессанса, искусно декорированном деревянными панелями с вырезанными на них языками пламени, ярко освещенном электрическим светом. Разряженная в пух и прах публика, казалось, стремилась перещеголять друг друга обилием украшений, золотых и серебряных цепей, драгоценных камней, украшавших перстни, светившихся в набалдашниках тростей, без сомнения скрывавших в себе шпаги.
Кто-то пришел в деловом костюме, напоминавшем о моде Древних, кто-то надел роскошный с кружевами камзол, сама Катриона явилась в вечернем платье с открытой спиной и глубоким декольте. Немногие чародейки, сидевшие за столом Совета, как и герцогиня Кэйвен выбрали облегающие дорогие наряды, выгодно подчеркивавшие достоинства фигуры.
Кроме волшебников, в зале также присутствовали верные их домам гвардейцы, в парадных мундирах, при бластерах, шпагах и саблях. С собой, правда, Катриона не стала никого не брать, Клайв до сих пор оставался в фамильном особняке Кэйвенов — а вот Ричард, как многие другие лорды, явились в сопровождении охранников, сейчас стоявших позади их кресел.
За просторным круглым столом, поставленным здесь в память о Камелоте, собралось, не считая Катрионы, девятнадцать человек — и из них лишь три женщины. Женщины не реже, чем мужчины, рождаются с магическим даром, однако участников Совета выбирают не по степени магических талантов, а по знатности и влиянию рода. Конечно, Эйдан Айтверн и Тристан Фэринтайн изначально задумали вовсе не так — но так получилось по прошествии трех столетий.
Можно обладать недюжинным магическим даром — и занимать самый низкий ранг в любом из департаментов ордена магов, исследовательском, военном, промышленном, природном или каком угодно еще. Можно испытывать к магии лишь самый слабый интерес, как Эдвин Айтверн — и все равно по праву наследования вступить в Верховный Совет после смерти своего отца. Среди чародеев Конклава около половины женщин — однако лишь четверо, считая Катриону, родовиты достаточно, чтобы сидеть за здешним круглым столом.
Те из Домов Крови, чьи главы были допущены в Совет, считались Великими, однако семья, утратившая владения или богатство, легко могла потерять и место в Совете — в то время как род, чье внимание усилилось, мог это место приобрести. Правом определять и пересматривать состав участников Совета обладал переизбираемый каждые пять лет председатель, и зачастую кресла за круглым столом попросту продавались и покупались. Неотъемлемым правом заседать здесь обладали лишь три семьи основателей Конклава — герцоги Айтверн, Фэринтайн и Кэйвен.
Двадцать лет назад, когда в Совет входила мать Катрионы, герцогиня Аделина, группа чародеев, происходивших из третьестепенных фамилий, подняла бунт, пытаясь захватить Башню Ренессанса и добиться пересмотра принципов, по которым формируется руководящий орган Конклава. Восстание, так называемый Мятеж Отбросов, как записали его в книги, было подавлено в течении суток, всех его участников казнили на площади перед Башней, в назидание любым другим недовольным.