— Давайте, — сказал Грегор, — я постараюсь коротко резюмировать. В вашей драгоценной Башне, высящейся посреди моей столицы — разгром и побоище. Пятеро из двадцати... пятеро, ведь правильно? — Ричард коротко кивнул. Графа Кортье нашли мертвым на лестнице, в окружении груды тел. — Пятеро из двадцати лордов вашего Верховного Совета убиты. Лорд Макдафф ранен, пусть и несильно. Ваша Служба безопасности понесла потери. Некоторые люди убиты, другие предали. Герцог Фэринтайн предал Конклав и бежал. И теперь вы желаете, чтобы я лично вмешивался в вашу свару, господа чародеи?
Ричард коротко поклонился:
— При всем уважении, ваше величество, это уже не только наша свара.
— Я надеюсь, вы помните, — голос короля сделался неприятно вкрадчивым, — что со времен Эйдана Айтверна, присягнувшего на верность моему предку Дэглану, ваша семья — вассалы иберленской короны. А то мне порой кажется, Драконьи Владыки в своей гордыне позабыли об этом. И как мой вассал, Ричард, вы до крайности разочаровали меня.
— Герцог Фэринтайн, — начало было Ричард, но был прерван.
— Герцог Фэринтайн — напыщенный самодовольный индюк, вбивший себе в голову, что все должны перед ним расшаркиваться, — жестко перебил Грегор. Катрионе сделалось больно, когда по лицу Ричарда промелькнула гримаса — Айтверн не привык, чтобы с ним разговаривали в таком тоне. — Однако по несчастливому стечению обстоятельств герцог Фэринтайн также имеет значительное влияние на эринландского короля. Настолько значительное, что я порой сомневаюсь, а кто у них там, в Таэрверне, на самом деле король. И вот получается, что мой добрый вассал герцог Айтверн встревает в вооруженную свару с человеком, от которого зависит целое королевство. С человеком, которого считают своим предводителем многие чародеи по всему континенту. Чем вы думали, когда провоцировали его?
— Простите, сэр, но я не провоцировал Фэринтайна.
— Неужели? — Грегор улыбнулся. — То есть разве не вы, ну, за компанию с господином Макдаффом, разумеется, попробовали лишить его магических привилегий, которыми его семья так гордится? Только не говорите, пожалуйста, что сила, которой Финниган владеет, опасна. Разумеется, она опасна. И разумеется, он будет последний дурак, если применит оружие Древних — он немедленно станет изгоем в глазах всего света. Такого рода это оружие, — Грегор переплел пальцы, глядя сквозь них на свет. — За всю историю оно применялось всего несколько раз, и каждый раз приносило поражение всем сторонам и никому — победу. Финниган не безумец. Вы поспешили, когда стали на него наседать.
Катриона поняла, что больше не может молчать.
— Простите, милорд, но с предложением отречь герцога Фэринтайна от сил Вращающегося Замка выступил вовсе не герцог Айтверн. Эта инициатива поступила от Джозефа Макдаффа, была поддержана лордом председателем Падильо, и лишь тогда со своим словом выступил герцог Айтверн — затем, чтобы поддержать соратников и не вносить еще больший раскол.
— Ну вот, — сказал Грегор. — Доподдерживался.
Крыть было нечем. Катриона и сама понимала, что Ричард допустил ошибку — а с другой стороны, что ему оставалось делать, когда столь многие его соратники выступили против Фэринтайна? "Следовало поставить их на место, напомнить, кто возглавлял традиционалистов все эти годы", промелькнула неприятная мысль. Не поспоришь — Ричард проявил нерешительность. И все же обвинять его сейчас в этом было бы настоящим предательством. На нем и так лица не было, когда они выбрались из Пламенного зала. Было видно, что Айтверн винит себя во всем случившемся, хотя если бы не упорство Макдаффа и не упрямство Фэринтайна, заседание Совета еще могло бы окончиться миром.
— Я виноват перед вами, государь, — сказал Ричард.
— Виноваты, еще как виноваты, стоило приструнить своих молодцов, когда те разошлись, — Грегор, поерзав в кресле, закинул ногу на ногу. — Но что уж теперь поделать? Будем считать, что сюзерен прощает вассала. Сейчас важнее понять, как нам поступать дальше. То, что Фэринтайн возвратился в Фасгат, это понятно — я бы на его месте действовал точно также, да и куда еще ему направиться в этом городе? Вопрос в том, что он предпримет дальше. Останется в Тарнарихе или сбежит в Таэрверн.
Этот вариант Ричард уже успел обсудить с Катрионой и лордом Падильо.
— Воздушный контроль Тарнариха уже предупрежден и любые полеты запрещены, — сообщил он. — Если орнитоптеры Фэринтайнов попробуют взлететь над Старым городом, по ним откроют огонь из лучевых пушек, с разрешения вашего величества установленных на башнях Тарнариха, и смогут сбить. Во всяком случае, мы на это надеемся. Сами понимаете, прежде не было случая применить эти орудия в бою. Другое дело, что люди Финнигана могут попытаться прорваться через городские ворота, а городская стража — не в юрисдикции Конклава.