— И все же, — хмуро сказал Ричард, — тебе стоило молчать.
— Ох, герцог Айтверн, вам бы ли не знать мой длинный язык, — наследник Драконьих Владык снисходительно улыбнулся. — К тому же я счел, что если печальные новости сообщу я, адепт Конклава, пусть и не состоящий в нем на службе, и сын одного из лордов Совета, то сенаторы окажутся более благосклонны. И все-таки, должен признаться, они пришли в ярость! Их возмутила неспособность чародеев Совета утрясти спорные вопросы, не прибегая к оружию.
— Тебя там не было, — отрезал Ричард. — Не тебе судить.
— Может, меня не было на вашем Совете, отец, но это не значит, что я полностью лишен здравого смысла! — Эдвин повысил голос. — Весь свет знает о противоречиях, давно возникших между вами и герцогом Фэринтайном — однако сами по себе подобные противоречия не повод доводить до откровенного смертоубийства. Спорьте, кричите если надо, но не хватайтесь за клинки и бластеры! И герцог Тарвел, и другие уважаемые сенаторы потрясены и разгневаны. Они давно относились к Конклаву с недоверием и теперь могут сказать, что их опасения оказались вполне оправданы. Вы поколебали устои Башни, отец! Вы и лорд Финниган оба в равной степени несете бремя вины. Он поддался гордыне и гневу, вы и ваши люди спровоцировали его. Теперь же, надо полагать, вы вынесете свою маленькую войну на улицы Тарнариха?! Вы, обещавшие хранить мир и служить прогрессу, зальете Срединные Земли кровью?!
Ричард шагнул к сыну и остановился, с потемневшим от гнева лицом. Катриона видела, каких усилий стоит ее старому другу себя сдерживать. Сама она пребывала в смятении. "Эдвина можно понять, и герцога Тарвела тоже. Я бы сама, возможно, оказалась возмущена, если бы мне рассказали о перестрелке, грянувшей прямо посреди заседания Совета. Никто не ждал, что верховные лорды Конклава способны попросту передраться". В наступившей неловкой тишине вдруг раздались аплодисменты — Грегор Кардан хлопал в ладоши. По его лицу, впрочем, нельзя было ничего понять.
— Отличная обличительная речь, — сказал он. — Продолжайте, граф Роскрей.
— Благодарю, ваше величество, — Эдвин, слегка отдышавшись, говорил теперь более сдержанно. — Простите мне мои чувства — иногда они меня буквально захлестывают. К тому же не забывайте — мне пришлось выслушивать упреки почтенных сенаторов, сочиняя на ходу обтекаемые ответы. Я заверил герцога Тарвела и его друзей, что немедленно отправлюсь к королю Грегору и что король Грегор, несомненно, призовет и традиционалистов, и магократов к миру, и заставит обе стороны сложить оружие. Развейте мои опасения. Скажите, что вы поступите именно так, государь.
Грегор Кардан обратился к Катрионе, не скрывая иронии:
— А вы говорили, меня назовут слабаком, если я не поддержу вас, герцогиня.
— Ваше величество, дорогой кузен! — Катриона надеялась, что ее голос не выдает волнения. "Сейчас все висит на волоске — если Эдвин окажется достаточно убедителен, Грегор пойдет на попятный". — Поймите, что недовольство нескольких лордов, пусть даже среди них владетель Стеренхорда — еще не означает недовольства со стороны всего Сената. Магократов следует остановить, и никакими увещеваниями вы этого не добьетесь. Они уже обнажили мечи, уже начали убивать собственных товарищей и коллег. Финниган Фэринтайн ни во что не ставит короля Генрика — и едва ли прислушается к вам. Мы... я, и герцог Айтверн, и лорд Падильо — все мы относимся с почтением к иберленской короне, но сказать того же самого о наших оппонентах нельзя. Короли, министры и парламенты для них ничто, они верят лишь в собственное право править миром, в право, дарованное им магией. Если не одолеть их сейчас, они соберутся с силами и узурпируют власть во всех королевствах точно так же, как уже сделали это в Эринланде.
— Мне представляется, — вставил Эдвин, — что узурпацией подобного рода занимаются обе стороны — и вы, традиционалисты, не меньше, чем магократы, просто стелете мягче, — его слова звучали по меньшей степени возмутительно. — Многие в Сенате полагают, что привилегии, которыми обладает Конклав, слишком велики, и пора бы урезать их!
Грегор постучал пальцами по подлокотнику, и Эдвин немедленно замолчал. Катриона сглотнула вставший в горле комок. Нельзя сказать, что в словах молодого Айтверна совсем не было истины, конечно. И все же, как не вовремя пришлось его выступление. В наступившей неловкой тишине Катриона вновь бросила взгляд на Ричарда и увидела, что тот смотрит на сына так, будто получил от того удар ножом в спину. Губы герцога Айтверна слегка дрожали, но он молчал.