Катриона поколебалась, прежде чем ответить.
Особняк Кэйвенов располагался в Новом городе, недалеко от Башни — и всего в нескольких улицах от дома, в котором, как Катриона слышала, недавно поселился Остин Фэринтайн. Сама Катриона бывала в своем иберленском доме нечасто и содержала там лишь небольшой штат прислуги. Обычно она останавливалась в Башне, где и проводила с Ричардом ночи чаще всего. Еще она бывала в Кентайре и Малерионе, замках Драконьих Владык, расположенных на западе королевства, но в самом столичном Золотом дворце Айтвернов Катриона не ночевала ни разу, хотя и посещала тамошние приемы. Не хотелось появляться там слишком часто и вызывать этим гнев леди Шанталь, герцогини Айтверн, почти не покидавшей столицу Иберлена. Леди Шанталь и без того находилась не в лучших отношениях с супругом. Поговаривали, что герцогиня сочувствует идеям магократов и считает устремления мужа неправильными. Сам Ричард держался с ней вежливо, но супружеское ложе давно пустовало. Иногда, за ужином, он спорил с женой о будущем Конклава. Каждый такой разговор заканчивался кислыми лицами и недовольными взглядами, рассказывал он Катрионе.
Отправляться в Золотой дворец не хотелось — но Ричард прав, магократы только кажутся загнанными в ловушку. Очень многие чародеи разделяют идеи Финнигана. С них вполне станется напасть в ночи на дома традиционалистов и устроить резню, тем более что особняк Кэйвенов совсем нельзя назвать крепостью.
— Хорошо, — сказала она. — Тогда я напишу брату, чтобы он тоже прибыл туда.
Эдвин Айтверн, шедший впереди, развернулся и насмешливо на них посмотрел.
— Вечер, я чувствую, предстоит просто незабываемый, — проговорил он.