- Он не должен был умирать! – надрывисто воскликнул Идем, - только не он!
Каним взметнул глаза на белокурого юношу. И успел поймать последний миг старательно сдерживаемого напора слез, которые рвались наружу. И они хлынули нескончаемым потоком. Соленые реки скатывались по его впалым и бледным щекам, превращая их в прекрасные мраморные скалы, омываемые морем.
- Этот удар предназначался мне! – сквозь всхлипы выдавил из себя Сиан, - это я должен был умереть! Я! А не он!
Все внутри полукровки похолодело от ужаса, когда до него дошел смысл сказанных Идемом слов. Мысль о том, что его могло не стать, закралась глубоко в душу и нашла себе место под сердцем, пустила корни и медленно начала расцветать алым, ядовитым цветком. Каним испуганно взглянул на плачущего Сиана и представил, что вместо него здесь мог сидеть Брайан.
- Я мог его потерять, - тихо и в сторону прошептал парнишка.
- Мой брат погиб из-за меня!
- Нет, - качнул головой Стефан, - ты ничего не мог с этим поделать.
Идем удивленно взглянул на полукровку красными, полными слез глазами.
- Так было предначертано. Судьба уготовила ему этот путь и он не мог его избежать, - тихо говорил парнишка, - Брайан чувствовал, что скоро с ним что-то случится, поэтому и старался, чтобы вокруг тебя оказались те пурины, которые могут о тебе позаботиться, если его не будет рядом.
- Вся эта Судьба, это предначертанный звездами путь, - с презрением выплюну слова белокурый красавец, - все это полнейшая чепуха!
- Отнюдь. Твоей душе это не дано почувствовать, но я иногда, если удачно сойдутся звезды и правильно упадут тень и свет мировых светил, я могу увидеть нити, что ведут нас через море страстей пуринских.
- Ты мог предугадать смерть Брайана?
- Мог, - сокрушенно качнул головой Каним.
Внеазпно Идем резко дернулся и в следующий миг Стефан уже лежал больно придавленный к земле. Он чувствовал, как тонкие пальцы юношу впивались в его плечи, понимал, что они оставят ему награду в виде лиловых отметин на смугловатой коже. Но парнишка даже не пискнул. Он зачарованно смотрел в потускневшие глаза Сиана и ужасался, ибо он как будто заглядывал в глаза мертвеца. Ему казалось, что он может заглянуть по ту сторону и увидеть тысячи душ, увидеть мир, который прежде был для него сокрыт.
- Ты мог предотвратить его смерть! – неистово закричал Идем.
- Нет, не мог, - спокойно сказал Стефан, - я лишь мог это увидеть и сказать ему об этом. Я вижу неотвратимое. Мне это никак не изменить.
- Но ты мог попытаться! Мы могли попытаться!
- Моя сестра пыталась спасти Ливиуса! - отозвался Каним, - он лишь умер еще более ужасной смертью, чем ему было предначертано! Я не хотел такого же для Брайана!
- Но ты должен был мне рассказать, - устало пролепетал Сиан, отпуская Стефана, - я имел право знать.
Юноша опустился рядом с Каним. Его руки дрожали, и все его тело ходило ходуном.
- Я так многое ему не сказал, - обронил в ночную тишину Идем, - я так и не извинился за свои слова.
- Поверь, он знал, что ты его любил. Вы же были близнецы…
Сиан еще раз тихо всхлипнул и замолчал. Оставшуюся часть ночи они провели в тишине, пытаясь сосчитать бесконечные звезды на полотне темного неба. И случайно опущенный взгляд полукровки смог выловить в пшеничных волосах юноши поседевшие пряди.
========== Глава 5. Заикающийся красавец ==========
- Кто прославился в недавней войне с Эллиадией? У нас есть пять главных имен, которые вы должны знать лучше, чем имя своей матери, - строго произнес профессор Белоумн, обводя учеников пристальным взглядом, - итак, - протянул он, - кто хочет ответить на мой вопрос?
Каждый из присутствующих в этом классе, да и во всем училище, знал ответ на поставленный эльфом вопрос, но никто не решался поднять руку, ибо вернувшийся с последнего задания профессор внушал истинный трепет в души своих учеников. Никому не хотелось отвечать на последующий град вопросов, которыми обожал сыпать Белоумн.
- Стефан, опусти руку, еще раз ее поднимешь и я тебя вообще на мои уроки пускать не буду!
Каним изумленно исполнил приказание и на всякий случай убрал ее под парту, чтобы ненароком не навлечь на себя гнев Индиго. Тот в последнее время был слишком раздражительным и нервным, что впрочем неудивительно. В битве у границы погибло пару сыновей знатных лордов и наверху теперь искали на кого переложить вину, и Индиго был первым на очереди. Акрос тихо прыснул со смеху, смотря на ничего непонимающего полукровку, который растеряно водил взглядом по головам впереди сидящих него пуринов. Он был настолько потерянным, что никто не мог сдержать улыбки на своем лице. Разве что, кроме Идема. Он был похож на изваяние из серого мрамора: прекрасный и неживой.
- Сиан, не хотите ли дать ответ на мой вопрос?
Белокурый поднялся с места и замер. Каним видел, как тот старательно пытался выдавить из себя хоть слово, но все его попытки были тщетны.
Вместо этого обрывочные звуки слетали с его губ и если прислушаться можно было понять, что это было одно из нужных эльфу имен. Любопытные взгляды устремились на Идема, упав всем весом неба на его плечи.
- Довольно, милорд, - опомнившись, произнес Белоумн, - можете присаживаться, мне не стоило вас спрашивать. Остин, прошу, замените своего товарища. Сиан, если вам требуется выйти…
Идем поспешно отрицательно качнул головой, прерывая дальнейшие заботливые слова профессора, которые могли вызвать больше, чем пару неловкостей и тучи любопытных взглядов. Оставшийся урок для рыжеволосого лучника прошел как и все предыдущие. Он жадно ловил каждое слово светловолосого эльфа, хотя наперед знал, что тот скажет. Пускай парнишка старательно пытался сосредоточиться на уроке и не отрывать взгляд от Белоумна, но его глаза преисполненные волнения все равно возвращались к белокурому близнецу, сидевшему чуть поодаль. Вид Сиана пробуждал тревогу. Его пшеничные волосы, среди которых теперь отчетливо виделись белоснежные пряди были взлохмачены и в беспорядке лежали на его плечах. Странный блеск отражался солнечным светом в его глазах, болезненный цвет кожи и трясущиеся руки. Все это волновало парнишку, сердце которого казалось даже болело больше, чем Идема, но это только на первый, беглый и неумелый взгляд. Такой боли Каним в своей жизни еще не чувствовал, но, увы, у него еще все было впереди. Как только урок закончился юноша выскочил из класса и Стефан ветром скользнул вслед за ним.
Индиго опустился в кресло, и брошенный им мимолетный взгляд на директора училища не выхватил ничего, что могло предвещать благие намерения. Кент стоял к нему в пол оборота и Белоумн отчетливо видел горделивый изгиб его спины. В ней была прежняя несгибаемая осанка, которая казалось никогда не давала трещин. Но не так давно эльф видел, как она погнулась под напором неизбежных утрат, пускай и не столь близких сердцу графа. Он брал на себя слишком много, даже его род не мог выдержать такой ответственности на своих плечах. Они давно были знакомы, с самого детства, хоть Эдуард и был старше профессора на десять лет, так было положено. Потомки трех столпов Вондерландии всегда были связаны нитями судьбы и по сей день древняя традиция и события давно минувших столетий связывают их меж собой. Кент был ему, как родной дядя, наставник, умудренный опытом прожитых лет. И этот его беспокойный взгляд, бродивший где-то далеко от этих мест, не предвещал долгого разговора по душам, которые они устраивали, когда Индиго был еще совсем юн.
- Разве Брайан Идем был слабаком? – неожиданно обронил мужчина.
Белоумн удивленно вскинул светлыми бровями, а потом вспомнил, почему этот вопрос обрел свое звучание.
- Иногда Богиня забирает лучших из нас, - наконец нашелся с ответом Индиго, - в этот раз ее взор пал на одного из близнецов.