Миледи де Моник резко вскочила на ноги и начала метаться по комнате, словно птица с обрезанными крыльями, которая уже давно и забыла, что такое свобода. Ее единственный птенец попал в сети, которые ей не в силе было распутать или разорвать.
- Но он так мил и добр ко мне, так учтив и великодушен! Прошу позволь мне съездить к нему и утешить его, ведь его брат погиб!
- У него есть невеста, и это ее забота и работа, а не твоя! – воскликнула миледи Аврора.
- Но матушка! – взмолилась девушка, - прошу дай с ним увидеться в последний раз. И больше я ни о чем тебя просить не буду и навсегда забуду про него.
- Нет, - качнула головой женщина, - ты его уже никогда не забудешь.
- Но отныне я буду выполнять все, что ты пожелаешь и выйду за того, на кого ты укажешь. Только дай мне увидеться с ним.
- Так тому и быть.
И вдруг Франсуаза умолкла, к ее лицу прихлынула кровь, вспыхнув розами на щеках, ее губы раскрылись в учащенном дыхании. Казалось, над нею пронесся полуденный ветер страсти, всколыхнув складки ее элегантного платья.
========== Глава 6. Создание света ==========
Граф Кент любезно предоставил белокурому близнецу пару дней на осознание случившегося, отправив в семейное поместье. И теперь Сиан сидел на своей кровати и пытался пересчитать пылинки, витавшие в воздухе. В последнее время сосредоточение на невообразимом количестве чего-то похожего на звезды, давало ему опору, в которой он так сильно нуждался. Дверь отворилась, едва слышно поскрипывая, и на пороге появился женский силуэт.
- К тебе пребыла милая леди, - обронила матушка голосом, полного странного отчуждения, - думаю у нее были на то веские основания, но знай, я долго не потерплю ее в своем доме. И тебе не советую, учитывая, что ты обручен, мой живой мальчик.
Последние слова всколыхнули пребывающее в забвении сознание белокурого юноши, и он сбился со счета. Строгие нотки матушки все еще витали в воздухе, когда в дверях показался новый силуэт. Хрупкая, полная женственности фигура престала перед глазами Идема, схваченная розоватыми тканями.
- Франсуаза?
Де Моник нерешительно переступила порог и аккуратно, сложив руки, остановилась подле кровати, на которой сидел белокурый юноша.
- Что ты здесь делаешь?
- Я не могла быть в отдалении от тебя, пока ты переживаешь такое горе.
Сиан поднял голову, и его взгляд сосредоточился на прекрасной нимфе, пожелавшей предстать перед ним в телесном обличии. Ее длинные золотые локоны, бережно уложенные, мирно покоились на плечах, доходя до груди, скрытой под легкой тканью. Она едва учащенно вздымалась и это немного раздражало.
- Ты не отвечал на мои письма и я уже не могла больше ждать.
Ее полный волнения голос касался его ушей, но его взгляд продолжал скользить по ее телу. Локоны по бокам были уложены назад, открывая взору юноши прелестное лицо с милыми глазу чертами: плавными, обтекаемыми, они манили к себе и успокаивали. Казалось она могла даровать ему спокойствие, в котором он так сильно нуждался, но вместе с тем она приносила раздражающие нотки.
- Тебя не должно быть здесь, - с усилием выдавил из себя эти слова Идем, - я обручен, у меня есть невеста, к которой я вроде бы что-то начинаю испытывать.
- Ты ведь видел ее один раз в жизни, - неловко обронила девушка.
- Но мне этого хватило, чтобы понять, что она необыкновенное создание, которое мне еще не встречалось. Такое нельзя упустить из рук, тем более, что оно уже в них.
Его внушительный взгляд испугал красавицу, а слова пронзали острее самых заточенных клинков, но она старалась не подавать виду, хотя наворачивавшиеся на глазах слезы выдавали ее лучше всяких слов и жестов.
- Значит нашим чувствам стоит подвести черту? – ее голос дрожал.
- Чувствам? – нагло усмехнулся прямо ей в лицо Идем, - думаешь они были между нами? Кажется это была детская забава, не более того.
- Ты лжешь, - упрямо качнула головой де Моник, - все эти письма не могли быть обычной игрой, которую вы ведете с девицами. Я не верю! – она отпрянула на пару шагов назад, - нет! Я решительно отказываюсь принимать эту правду! Мне нужна истина!
- Истина?
Сиан поднялся на ноги, сделав шаг навстречу к ней, и странный мрачный блеск окутал его темно-карие глаза.
- Словами все горазды бросаться, а ты уверена, что готова принять истину?
Каним глядела на небо, внимательно вглядываясь в горизонт, где линия, разделяющая землю и небеса, разграничивала миры. Столь сильного умиротворения, которое было внутри полукровки, она уже давно не ощущала. Душа Брайана наконец достигла врат и была принята в них с полными светлой любви объятиями. Святой свет все еще стоял перед глазами и окутывал все, на что падал взгляд юной воительницы. Боль, принесенная смертью товарища, отступила от сердца и унеслась на задворки памяти. Заносчивый белокурый близнец нашел свой покой, и теперь тотем души Стефании наконец вернулся в плотское прибежище, принеся покой и ее душе. Раскинув руки в стороны, Каним летела на белоснежной сове, с каждым новым взмахом становясь все ближе к своему жениху. Она спешила поделиться с ним радостной вестью и забрать часть боли. Привольный ветер ласково касался лица, путался в волосах и радостно играл с вьющимися локонами. Тихий напев сильфов убаюкивал. Впервые Стефания чувствовала истинную гармонию с этим миром.
- Чтобы не случалось жизнь удивительна, - прошептала ветру полукровка.
- Любовь преображает мир.
- Это вовсе не любовь, - качнула головой девушка, - но она определённо влияет. Ведь все изменилось с тех пор, как на меня надели цепь. Стало еще больше правил.
- Миледи, это называется обручальное кольцо и вам на палец еще ничего не надели, как мне известно.
- Сегодня должны, - сложила руки на груди полукровка.
- Вы не хотите этого?
- Еще не определилась, - буркнула юная воительница, сверля кремнистыми глазами небеса над головой.
До ее слуха донеслось совиное уханье, чем-то отдаленно напоминавшее пуринский смех. Дейна всегда забавляло, как она надувает щеки, когда чем-то недовольна. В детстве он иногда специально что-то подстраивал, чтобы лишний раз посмотреть на эту сцену.
- Давно мы так не летали, - обронил король ночных птиц, - да и такого легкого ветра не было уже очень долго.
- Хочется улететь очень далеко, изведать приключений и стать странником, про которого потом сложат множество легенд.
- Вам приключений не хватило?
- Я ни о чем не жалею Дейн, это лучший период моей жизни. Он был полон страха, печалей, смеха, радости, друзей, лжи, драк, откровений. Я чувствовала, что живу, но всему хорошему приходит конец.
- Вы когда-нибудь расскажите Сиану правду?
- Так далеко я не загадываю. Ты ведь знаешь, с будущим у меня нет взаимопонимания.
В дали показались розовая кромка и ветер принес сладкий запах земного воплощения маленького чуда, исполненного в виде множества крохотных цветов, напоминающих воздушные облака в небесах.
- Эти сады станут моей тюрьмой? Не спорю, она будет прекрасна, - Стефания печально склонила голову на бок, - но как бы красива она не была, ветру нужно странствие. Хотя бы иллюзия свободы.
- Вас невозможно удержать.
- Вот и проверим действительно ли это так.
Юная воительница спрыгнула на землю и, Дейн приняв уменьшенный вид, улетел в ветви таинственных садов. На крыльце дома ее уже поджидала Констанция. Она не была прежней женщиной, которую Каним повстречала впервые в обличии чудаковатого юноши. Смерть меняет всех, особенно матерей, им уже никогда не быть теми, кем они были раньше.
- Добро пожаловать, Стефания, рада приветствовать тебя в твоем истинном обличии.
- Доброго вам утра, миледи.
Девушка постаралась присесть в вежливом реверансе, но, зацепившись носком за подол платья, покачнулась и чуть не упала к ногам хозяйки дома.
- Как можно так ловко управляться с луком и одновременно быть настолько неуклюжей?