У: Спасибо за водные процедуры, но я, пожалуй, пойду. – Беру свой путь к берегу, глотая горькие слезы, молясь чтобы он их не увидел. – Кстати, ты бы не засиживался в холодной воде, а то вижу мужское достоинство подводит. – Выкрикиваю, сама не осознавая, что таким образом бужу в нем зверя.
К: Что? – Переспрашивает Кирилл.
У: Говорю, что детородный орган твой обмельчал с годами. – Прыскаю со смеха.
К: Ну, сучка, держись! – Догоняет меня у самого берега, уваливая на песок. – Повтори!
У : Член, говорю, у тебя хилый какой то. – Сама не понимаю от куда во мне столько желчи и храбрости взялось, вероятно женская обида взяла верх. А что может быть страшнее разъярённой женщины, разве что обиженная женщина. Кирилл наваливается всем телом на меня, лишая любой попытки на спасение. Одной рукой перехватив мои запястья рук, а другой пробирался к бедрам. Влажные поцелуи обрушились градом на лицо, шею, ключицы.
К: Если я хочу тебя целовать, то буду, и никто меня не остановит. Поняла? – Углубив свой поцелуй, я окончательно потеряла голову. – Член, говоришь, маленький у меня, что ж придется тебе напомнить, какого он размера. – Сильная рука одним резким движением рвет на мне трусики, срывая, последнюю преграду скрывающую мое сокровище. Умелые пальцы пробираются по внутренней стороне бедра и легкими движениями, еле касаясь, скользят между моих лепестком, вырывая стон из моей груди.
У: Кирилл, пожалуйста… - Взмолилась я, сама не понимая, чего прошу больше пощады или продолжения. В голове смешались все мысли, я понимала, что для него это лишь игра, что потом я поплачусь за свою слабость. Неожиданно он остановился и убрал руки с промежности.
К: Поцелуй меня! – Прошептал мне в губы мужчина. – Все один поцелуй, по-взрослому. -Сверлил меня небесной синевой. – Пожалуйста! - И я сдалась. Отдавшись порыву былых чувств, я целовала его, как тогда, пусть даже завтра сгорю за это в огне. Он перекатился на спину, отдавая бразды правления в мои руки.
У: Я не буду с тобой спать. – Слегка прикусив, нижнюю губу, прошипела в полуоткрытый рот.
К: Конечно, не будешь, кто же спит на берегу озера - замерзнешь. – Заложив руки за голову, и приняв расслабленную позу, самодовольно улыбнулся мужчина. – У нас впереди еще два дня.
У: Ты не понял! Спать, в смысле, заниматься сексом. – Смущенно полупила взгляд, потому что приходится все объяснять этому болвану. – Этого не будет.
К: Будет! Завтра! А теперь пошли, я провожу тебя домой. – Подымаясь с песка, безапелляционно заключил он.
У: Не будет! – Воспротивилась я.
К: А будешь много спорить, прижму вон к тому дереву и хорошенько оттарахаю. – Шепнул мне на ухо, укусив за мочку и воспользовавшись моей растерянностью шлепнул по голой ягодицы.
Глава 8
И снова утро встречает меня не выспавшуюся и с мыслями о надоедливом соседе. Нехотя спускаю босые ноги на холодный пол, растирая еле открывшиеся от бессонницы глаза. Подойдя к дверному проему, который вел к колодцу, решаю, что на сегодня водная терапия отменяется. Впервые за столько лет, выработанная привычка ушла на второй план из-за страха снова увидеть ультрамариновые глаза. Я успокаивала себя, что после вчерашних гуляний он вряд ли подымится так рано с постели, но как же я ошибалась. Теперь мне не было страшно оказаться с ним рядом, даже на оборот, но, стоило ночному дурману немного опасть, вновь возвратившись в жестокую реальность, и понимая к чему это все вновь приведет решила не испытывать по напрасно судьбу. По началу, даже показалось, что это всего лишь сладкий сон, но стоило оглядеть себя в зеркале, как доказательства реальности быстро нашлись – бледно розовые маленькие отметины красовались на моей груди и ключицах. Невольно улыбнулась, вспоминая, как Кирилл оставлял их на моем теле, даже не задумываясь о последствиях, словно клеймил меня. «Мерзавец! Каков все-таки мерзавец?» - прошлась пальцами по линии отметин, как вдруг тело прошиб ток, а глаза вновь помутнели, низ живота наполнило тепло …
В.С.: Улюшка, пора вставать, соня! – Из кухни послышался бабушкин голос, прерывая мои воспоминания о маленьком бесстыдстве.
У: Я уже проснулась! Иду! – Пару раз моргнув длинными ресницами, смахивая с себя волшебство ночи, наконец, полностью пришла в себя. – Иду!
В.С.: А я-то думала, что ты еще спишь. – Бабушкины руки порхали над кухонным столом, ловко орудуя с тестом. – Все-таки поздно вчера вернулась.
У: Вовсе и не поздно! – Как-то неожиданно для себя самой возмутилась бабушкиному замечанию. – То есть, вчера был слишком насыщенный день на работе, поэтому долго гулять не хотелось. – С равнодушным видом и уже более спокойной интонацией выдала я.