Окунувшись в свои мысли, я даже и не заметила, как рядом снова появилась машина с той же шумной компанией молодых людей.
П: Ты куда убежала, мы к тебе обращались, а ты нас игнорируешь. Тебя не учили, что это не красиво? – Противный скрежет, авто тормозит, чудом не задевая меня капотом. – Я же, по-хорошему, тебя попросил, а ты поступаешь как стерва, что ж придется проучить тебя. – Выскочив с переднего сидения автомобиля коренастый парень. Хватает меня за талию и пытается привлечь к своему телу.
У: Пожалуйста, не нужно! Я не хочу! – Отталкиваю от себя ладонями массивное мужское тело, но силы оказываются не равны. Когда ему все же удалось меня притянусь в плотную к себе в нос ударил резкий запах спиртного. Теперь это животное стал посягать на мой поцелуй.
У: Нет, пожалуйста! Нет! Нет! – Вырывалась из последних сил, которые были уже на исходи, голос начал срываться на всхлип, а из глаз брызнули слезы. Не придумав ничего лучше, я собрала остаток своих сил – пнула обидчика и пустилась в бег, это оказалось моей роковой ошибкой. Теперь из машины вышла вся толпа парней, догнав меня в считанные шаги. Это был конец. Сильные руки мужчин держали меня по обе стороны, запихиваю в салон авто. Я упиралась ногами, била их, кричала что есть мочи – но все оказалось четно. Вокруг лес и ни одной души! Мысленно я прощалась с бабушкой, моя бабулечка, прости, родная, что ослушалась. Прости! Я закрыла глаза и расслабила тело, поддаваясь манипуляциям со стороны.
К: Эй, шпана, девчонку отпустили! Быстро! – Раздается неподалеку свист, парни ослабевают хватку на моих руках. Сквозь слезы, вижу размытый силуэт, кажется это парень. В голове проносится лишь одна мысль: «Спаси!», но эта мольба так и застревает у меня где то в горле.
П: Гора!? Ты ли это? Сколько лет, сколько зим? – Поравнявшись ростом мой «обидчик» тянется к «спасителю» для рукопожатия, но тот остается холоден, упираю свой взгляд в меня. - Она твоя? – Машет в мою сторону. – Тот лишь кивает, так и не удостоив взгляда своего оппонента. – Извини, братан, я же не знал. Такую красоту нужно дома держать. – Заржал, как конь, но никто его не поддержал.
К: Сам разберусь. А теперь проваливай! – Берет за ворот футболки и, наконец, переводит взгляд. – Еще раз подобное увижу, разговор будет другим. – Откидывает его, как ненужную вещь. - Проваливай!
Меня толкают в сторону «спасителя», снова раздается шум мотора, и машина скрывается за деревьями, оставляя нас наедине.
У: Сссспасибо тебе! – Подымаю полные слез глаза, наконец, пытаясь рассмотреть, того кто сохранил мне честь, а может быть и жизнь. – Привет! – Смущенно, из-под ресниц рассматриваю его лицо, оно мне знакомо. – Я тебя, кажется, знаю! – На губах появляется тень улыбки.
К: Ты как? Испугалась? – Вытирает большими пальцами рук остатки моих слез.
У: Нет! – Отвечаю я, как-то через чур громко, чем надо, а он широко улыбается.
К: Как твое имя, храбрая сердцем? – Смотрит на меня своими голубыми глазами, а внутри все холодеет, душа замерзает от этих морозно-голубых глаз.
У: У-у-ульяна! -Как завороженная произношу я, так и не в состоянии оторвать глаза от него. Я знаю, кто это, знаю, что с ним лучше не разговаривать, не смотреть и даже не дышать одним воздухом. Он один из тех, от кого меня оберегала бабушка, он мне явно не пара, но тогда почему я чувствую себя рядом с ним спокойно и в безопасности?
К: Ну, здравствуй, Улька! – Лукаво кривит уголки рта.
Глава 3
В.С.: Улечка! – Зовет меня бабушка и лишь тогда меня отпускает оцепенение прошлых воспоминаний. – Милая, ты не поранилась? – Бабуля хлопочет около меня, пытаясь собрать осколки битого стекла, а я, как и тогда шесть лет назад не могу оторвать взгляд от ультрамариновых очей, которые нагло прожигают до души. «Зачем ты появился в моей жизни снова?» - задаю немой вопрос сама себе.
К: Здравствуйте, Варвара Семеновна, извините сразу не признал. – Делает шаг. — Это я – Кирилл Горцев. – Молодой человек надвигался в нашу сторону, теперь можно было хорошо его рассмотреть. – Внук, Анны…
В.С.: Да вижу уже, вижу! - Становясь, в воинственную позу, скрестила руки на груди пожилая родительница. - А что так рано спохватился, как видишь бабка то уже померла. – Бурчала бабушка. Она его и раньше недолюбливала, за дурной характер и «темные делишки», а как пропал так вообще возненавидела, потому что здоровье Анны Потаповны резко ухудшилось. Они дружили с самой молодости, всегда вместе, всегда неразлучны. Обе дети-войны, обе рано овдовели. Обе потеряли почти одновременно детей. Обе остались с несовершеннолетними внуками на руках. Они понимали друг друга, как никто лучше, поэтому и держались друг за дружку. – Что приехал, небось на наследство претендуешь? Ишь, шесть лет ни слуху, ни духу и на тебе – снесся. Тьфу! – Все не унималась бабушка. По лицу Кирилла было видно, что ему не приятны эти слова, но уважая возраст - молчал. А я не отказала себе в удовольствии оценить внешний вид, некогда любимого человека. Да, конечно, раны ныли и боль душила от обиды, но я все равно нехотя, скрывая тайное желание, обсмотрела его с ног до головы. Это уже был не тот мальчик, которого я помнила, теперь — это настоящий мужчина. Грубые черты лица, волевой подбородок, появившийся шрам у брови – тонкая, еле заметная, белая линия. Кажется, он стал еще крупнее, чем был прежде, хотя природа его и не обидела ростом и пропорциями, но сейчас он был похож на глыбу льда, такой же холодный и отрешенный. Литые мышцы под черной футболкой выделялись, вдруг словила себя на мысли, что мне хочется прикоснуться к нему. Прошлась снова глазами по его лицу, за чем и была застукана, в его глазах читался немой вопрос: «Изменился?», сопровождающийся лукавой тенью улыбки.