А: Это ты меня прости. – Аслан взял меня за руку и по телу начало расползаться, мелкими мурашками, тепло. Он смотрел пристально на меня, внешне абсолютно спокоен, но по глазам было видно, что он борется с самим собой. В этот самый момент к нашему столику подошел официант и я выдернула свою руку из крепких рук Аслана.
Оф: Ваш чай! – Перед мной материализовалась чашка, с приятно пахнущей, жидкостью. – Ваш кофе! – На против появилась маленькая кружка Аслана с терпким запахом кофе. – И ваши лакомства. – На столе начали появляться пирожные, тортики, печенья. – Приятного аппетита! – Как можно быстрее покинул свое место молодой человек.
А: Что ж, будем следовать совету. – Указывал он на яства. – Приятного аппетита! – Улыбался мужчина, поднося чашку с горьким напитком к своим губам.
У: Приятного аппетита! – Повторила я вслед, упираясь взглядом в провизию из сладостей.
Поедание вкусностей прошло в полной тишине, за что я была благодарна мужчине. После его теплого жеста я не знала, как себя вести в его присутствии, даже глаза поднять боялась, казалось, что на меня смотрят два кратера, которые поглощают с головой. «Еще этого мне не хватало!», мысленно отхлестала себя по щекам. По дороге домой он снова со мной не разговаривает, полностью погрузившись в разговор по телефону на своем языке. Теперь мне не было спокойно и умиротворенно рядом с ним, что-то поменялось, и это «что-то» меня очень пугало.
Оставшись наедине с собой в доме, я наконец, смогла спокойно мыслить и более расковано себя вести. Все купленные вещи я перенесла в выделенную для меня комнату, так и не удостоив разобрать пакеты. Обойдя весь дом, поняла, что хозяина нет, поэтому поспешила на кухню для приготовления ужина. На столе лежала коробочка с изображением телефоне, кажется, эту модель обсуждали девушки в сестринской в нашей больнице. А рядом записка с размашистым мужским почерком: «Испортил-Возместил. Пользуйся!».
Глава 20
Приготовление ужина заняло на много больше времени, чем я ожидала. Виной всему было две причины, первая и самая главная, из которых – ультрановая техника, которой я не умела пользоваться, а вторая, хотелось удивить хозяина дома, и за одно поблагодарить за столь дорогие подарки. Время на часах приближалось к десяти, но Кирилла не было дома. Никого не было. Телефон молчал, хотя глупо рассчитывать, на то, что он позвонит – сим-карты, то там не было. Он был абсолютно пуст, ни номеров, ни фотографий, ни музыки. Где его черти носят? Неужели нельзя было хоть как-то предупредить? Нервы были на исходе, как обычно в своей манере, я начала думать о самом плохом. Может быть у кого-то спросить? Кажется, он говорил об охране! Выглянув через окно на освященный двор никого не обнаружила, вышла через стеклянную дверь на террасу, обводя взглядом периметр – снова никого. «А может это шанс?», скользнула шальная мысль и я ступила босыми ногами на траву.
К: Я же предупреждал, посмеешь сбежать – накажу… - Послышался голос со стороны, и я вздрогнула от неожиданности. Что за дурацкая привычка?
У: Я всего лишь хотела кого-то найти, чтобы узнать, где ты. – Начинаю оправдываться перед стоящим мужчиной. Он одет в тот же деловой костюм, что утром, но без бывалого лоска, слегка помятый. Волосы взлохмачены, две верхние пуговицы на рубашке расстёгнуты, галстук болтается.
К: Переживаешь за меня? – Усмехается он, и проходит на кухню через те же двери. – Что застыла? Я уже тут! – Кидает через плечо и начинает шарить по кастрюлям. – Ммм! – Втягивает аромат запеченного мяса и облизывается. – Ну, корми меня! – Улыбается через стекло.
У: Да, прости. Присаживайся! – Расставляю посуду перед хозяином. Мясо возвращаю обратно в духовой шкаф, чтобы разогреть. А пока подаю основную трапезу к столу, от всех воспаряющих запахов у самой желудок свело спазмом. – Приятного аппетита! – Закончив сервировать стол, по-простому: тарелка, вилка без лишнего официоза и пафоса. – Может сделать тебе чай? – Интересуюсь я в тот момент, когда он нависает над мной. Совсем не заметила, как он снова бесшумно подкрался ко мне, это начинает уже раздражить.
К: К мясу лучше подходит вино! – Шепчет мне почти в губы и наклоняется ближе. Я зажмуриваю глаза, ожидая, что сейчас произойдет. – Разреши! – Распахиваю ресницы и понимаю, что просит отодвинуться от винного шкафчика. Перевожу дыхание, стряхивая оцепенение – освобождаю путь. – Ты какое предпочитаешь белое, красное? Сладкое, полусладкое? – Шаря в ящике, спрашивает мужчина.