У: Когда он вернется? – Задаю один из многих вопросов, которые крутятся у меня на языке.
О1: Мы этого не знаем. – Разводит руками, продолжая отвечать общими фразами.
У: Что же это за работа такая, что человек домой ночевать не приходит? – Возмущаюсь я.
О1: Нам не велено этого знать. – От раздражения начинает постукивать по столу фалангами пальцев.
У: Хорошо. А позвонить то ему можно? – Скрещиваю руки на груди.
О1: Нет! – Отвечают оба охранника одновременно уже с неприкрытым раздражением.
У: Спасибо! – Только и успеваю сказать я, когда перед мной захлопывается дверь с внутренней стороны. – Вот и поговорили. – Бурчу себе под нос и возвращаюсь обратно в дом.
Выбрасываю испорченный ужин в урну, перемываю посуду и отправляюсь на детальное исследование дома. Я ведь так и не рассмотрела его как следует. Обойдя почти все комнаты, обнаруживаю, что они ничем не отличаются от той, где сейчас обитаю я. Заглядываю напоследок в комнату Кирилла, удивившись, что она не заперта. Не решаясь, мнусь на пороге, все же решаясь пройти дальше. Обвожу взглядом полки, на которых размещены стопки книг и пару фотографий. Веду пальцами по переплетам книг, читая названия обними губами: «Мастер и Маргарита», «Мёртвые души», «Братья Карамазовы».
Кто бы мог подумать, что, этот в прошлом разгильдяй, читает книги, да еще и какие. Набираюсь наглости и вытаскиваю одну из книг, чтобы скоротать досуг – потом верну. Перемещаю взгляд на фотографии, их всего две: домик Анны Потаповны и она сама, а на другой – он в обнимку с Асланом. Заканчиваю свою экскурсию и заняв удобную позу на террасе раскрываю книгу.
На землю снова опустился вечер, по уже устоявшейся традиции готовлю ужин и оставляю его на столе. Поднимаюсь к себе, принимаю душ и ложусь спать. Этой ночью мой сон был куда жарче вчерашнего, кажется я даже выкрикнула его имя.
Так прошло несколько дней, которые были похожи один на другой, прям день сурка. С утра я приходила в себя от ночных эротических снов, стоя под струями холодного душа, который сводили меня с ума, затем спускалась вниз и выбрасывала вчерашний ужин, наведывалась к охранникам, чтобы узнать хоть какие-то новости о моей пропаже, но их ответы не менялись: «На работе. Не велено знать!». Брала новую книгу с полки и читала лежа возле бассейна или в кресле. Отрезанная от внешнего мира, наедине с собой и своими мыслями я взвывала от безделья и неосознания, что происходит. Этот вечер был обычным и ничем не отличался от тех, которые я провела в заточении. Поднявшись наверх и поудобнее устроившись в «своей» кровати, начала понемногу проваливаться в сон, когда почувствовала легкое прикосновение к своей коже. Распахиваю глаза и вижу Кирилла в лунном свете. Стоит возле кровати, как во всех моих снах, только одетый и наяву.
У: Кирилл? – Стряхиваю с себя остатки полусна.
Глава 22
Кирилл…
У: Кирилл? – Протирает глаза, понимая, что это реальность, а не очередной ее сон. А какие ей здесь снились сны я очень хорошо представляю. Просматривая каждый день видео с камер наблюдения, не раз видел, как ее спина вытягивалась во сне струной, как она трогала себя за грудь, как слетало мое имя с ее приоткрытых губ. Черт, как я жалел, что нахожусь в дали сейчас, а не рядом. Что не под мной, она так извивается и хнычет. Чувствовал себя гребанным извращенцем, который тайно подсматривает за жертвой, но ничего не мог с собой поделать. Мне катастрофически было необходимо просто посмотреть на нее. – Ты жив… – Полушёпотом проговаривает, как будто не верит. Не двигаясь с места, сканирует меня взглядом, словно ищет изменения.
К: А что со мной могло случиться? – Подаюсь вперед к ней, присаживаюсь на край кровати и пробегаю взглядом по такому нежному и отзывчивому желанному телу. Делаю огромные усилия, лишь бы удержать руки при себе, чтобы снова не напугать ее.
У: Тебя не было четыре дня! – Не прекращая смотреть на меня, жалобно произносит она. Скучала? Однозначно, знаю, что скучала, знаю, потому что и сам ужасно истосковался по этой взбалмошной девчонке. В тот вечер, когда мы поругались я ушел, чтобы не натворить еще больше ошибок, о которых в дальнейшем буду жалеть, сбежал, чтобы остыть, прийти в себя и просто подумать, как действовать дальше. Был взбешен ее отказом, ее поведением, поэтому решил дать нам обоим время для раздумий. Проблемы, которые возникли я почти решил, теперь Ульяне ничего не угрожало, но отпускать ее от себя не хотелось. Как бы я себя не уговаривал и как бы не злился на нее, снова расстаться не хватало сил.
К: Были дела! – Ровным тоном отвечаю я, следя за тем, как она прикрывает свои обнаженные ноги и от этого желание разгорается еще с большей силой. «Запретный плод сладок вдвойне», шипит внутренний голос, облизывая свои клыки. – Теперь я тут… - Развожу руками, как бы в доказательство своего реального физического наличия. Рассматриваю её в лицо, на котором играет гамма эмоций. Злость? Ненависть? Испуг? Раздражение?