К: Знаю, ты ангел, который меня спас. - Беру ее ладонь в свою, в тот момент, когда в палату заходит молодой человек в такой же робе, как и я.
Н: Аслан?! - Перепугано выдернула свою маленькую ладошку их мое руки девушка. - Я. я. Что ты здесь делаешь? - Нервно поправляя локоны у лица, протараторила медсестричка, пока наш внезапный гость внимательно рассматривал меня. - Аслан, это не то что ты подумал, я просто делала ему перевязку… - Рука мужчины сомкнулась на тонком запястье девушка.
А: Нина, ты снова за старое? - Ровный мужской голос вызвал у девушки табун мурашек по коже. - Я, кажется, предупреждал, еще раз увижу или узнаю ни тебе, ни твоему еб*рю не поздоровится!
Н: Пусти, мне больно. - Пыталась скинуть сильный захват мужской руки, но у нее ничего не получалось. -У нас ничего не было, я даже не знаю, кто он! Пожалуйста, отпусти! - Молила молодая девушка, изредка косясь на меня.
А: Живи, шлюха! - Брезгливо отбросил кисть медсестры и повернулся ко мне. - А с тобой я еще разберусь, отдыхай, пока. - Ткнул меня в больное плечо и вылетел из палаты.
Нина, не переставая ревела, содрогаясь всем телом, изредка всхлипывая и хватая новую порцию воздуха ртом. Тогда лежа в палате, я еще не знал, какие по воли судьбы навлеку на себя беды, которые в будущем принесут мне настоящую дружбу.
Вновь выйдя с «больничного», я возвращался в свою камеру готовым к «гостеприимной» встрече, но переступив через порог решетки пришлось охладить пыл и разжать кулаки. После той ночи с избиением, мои сокамерники решили не докучать мне и не лезть понапрасну на рожон, наоборот объявить что-то на подобии перемирия. С этого дня я стал своим «мужиком» среди них. Дни потянулись один сменяя другой, я считал дни до конца окончания срока. Мои новые знакомые объяснили всю суть пребывания здесь, и я старался следовать ей, если бы не одно «НО». В один из серых и пасмурных дней, когда наша образовавшаяся компания дежурила по столовой я снова встретился с ним. Вся скуксившаяся физиономия восточного парня говорила о неприязни и враждебном настрое.
К: Слушай, Ильх, а кто это? - Махнул я головой в сторону проходящего Аслана.
И: Ты чего? Это же Багоев, его тут все боятся и уважают. - Шепотом, сказал пацаненок.
А: Них*я его никто не уважает, сс*т просто встрять против. Он же бешенный! - Заржал Андрей, самый старший в нашей камере, который и сам уже не полнит за что мотает срок. - Борец бывший, на улице кого-то приговорил. Говорят, что он в хороших отношениях с самим надзирателем, поэтому вседозволенность.
Н: Хавальники захлопнули и пошли разносить хавку, бегом. - Рядом раздается удар дубинки и треск деревянного стола. - Шевели задницами, девахи… - Заржал конвоир, пока мы растаскивали тарелки с густой жижей. Я специально подошел к столу с этим самым «великим и ужасным Асланом», чтобы рассмотреть его поближе, а за одно пощекотать себе нервы, придурок. Опустив сосуд с едой перед его лицом, хотел уже испариться, но стальная хватка задержала меня.
А: Ты что-то хотел? - Прожигая меня глазами цвета горького шоколада.
К: Нет! - На секунду растерявшись, хотел уже было уйти, но толи частые удары по голове сказались, толи отбитый напрочь инстинкт самосохранения заставил меня снова открыть рот. - Хотел поинтересоваться, как дела у Нины? - Оскалился я, перехватывая захват другой рукой.
А: Что ты сказал, с*ка? - Приподнял заросшие брови вверх. - Тебе жить надоело, малой?
К: Да, нет, просто хотел узнать как у вас дела. - Продолжал издеваться я. - Переживаю за вашу ячейку! Очень сильно! Хотел поинтересоваться, может тебе потребуется помощь в удовлетворении дамы, ты если что зови, подсоблю. - Его глаза наливались кровью с каждым сказанным мною словом, казалось, еще немного и пар из ушей повалит от злости. Он прикрывает веки, переводит дыхание и в следующую секунду в меня летит тарелка с помоями.
М: Драка! - Хором заорали мужики и мы схлестнулись в схватке с мужчиной восточной внешности.
Я снова оказался в одиночке, в этот раз моими соседями по койке оказываются слизняки. Протянув кое-как два дня, снова начал чувствовать недомогание, боль в груди, а еще добавился истошный кашель. «П*здец, мне еще болезней не хватало», подумал я, кутаясь в рабочую куртку, чтобы хоть как-то согреться. Уже почти проваливаясь в сон, услышал отдаленные мужские голоса, которые доносились с дальнего конца коридора. Навострив зрение и слух на сколько это возможно разглядел главного конвоира и Илюху.
К: Ты должен сделать все так, чтобы подумали на вашего Горцева, он единственный, кто за все время осмелился разинуть варежку на него. Типа в ходе драки, заколол Багоева, а там мы и от Горцева избавимся… - Поправляя воротник, говорил мужик. «Что? Что он только что сказал?», к горлу подкатил новый приступ кашля, но я всеми силами пытался себя не рассекретить. - Нечего беспредел разводить в моей тюрьме.