— Понятия не имею, — ответил я. — Но на вашем месте готовился бы к худшему.
Льюису необходимо было выпустить пар, как только что сделал Говард, и он тоже ударил меня. Но это была не пощечина. Рукоятка пистолета пришлась мне прямо в висок. Мое правое ухо буквально взорвалось от боли, а левым я практически коснулся своего плеча. Я закричал. Несколько секунд комната вращалась у меня перед глазами. Но именно в тот момент, когда я едва не потерял сознание, мне показалось, будто я заметил, как у Николь дернулась рука. Она на четверть дюйма сдвинула с места игрушечный тягач, упавший с полки и приземлившийся рядом с ней на колеса. Впрочем, в ту секунду у меня перед глазами вращалось и беспорядочно двигалось все вокруг, и я решил, что мне это померещилось.
— Он прав. Времени у нас в обрез, — произнес Льюис.
— Отлично! — воскликнул Говард. — Просто восхитительно! Полиция может нагрянуть в любую минуту, а нам нужно избавиться от трех трупов.
Я сам трупом пока не являлся, однако имел основания полагать, что жизни мне отводилась уже самая малость. И потому мои руки отчаянно трудились над лентой.
— У нас нет возможности прибрать за собой, — заметил Льюис. — Надо уходить отсюда как можно скорее.
— Уходить? Но куда? Куда, я тебя спрашиваю? — паниковал Говард.
— У меня есть надежные люди. Они спрячут нас, пока не будут готовы новые документы.
— Дьявол тебя возьми! Это все ты! Ты все запорол с самого начала! — продолжал возмущаться Говард. — Каждый твой шаг был ошибкой, от замысла убить Фитч с помощью этой… — он указал на Николь, — и до момента, когда ты позволил умалишенному сбежать от нас.
— Что ж, я могу уйти и один, если тебя это устраивает. — Льюис обошел мой стул и встал между мной и Николь.
— Ладно, твоя взяла, Льюис, — сказал Говард, упавшим тоном признавая поражение. — Давай покончим с последним делом и сразу же уберемся отсюда.
Я дергал и дергал кистями рук, размышляя, что если бы мне только удалось избавиться от пут, я мог бы попытаться вместе со стулом наброситься на Льюиса и, если повезет, вцепиться ему в глотку. Что-то надо успеть сделать! Ведь пистолет в руке Льюиса наверняка всего через несколько секунд уже будет направлен на меня. Но освободить руки мне все еще не удавалось.
— Вот это другой разговор, — произнес Льюис и взял оружие на изготовку, нацелив дуло мне в голову.
Неожиданно он издал почти звериный крик. Ужасающий, рвущий душу крик боли. Льюис опустил голову, чтобы выяснить, почему ему так больно. Я посмотрел туда же.
Голень его ноги насквозь прошило лезвие ножа для колки льда.
69
— Где остался Рэй? — спросила Джули Томаса. — Сосредоточься и думай!
Они сидели в ее машине, двигатель которой работал, все еще напротив дома сестры. Кэндейси с тротуара наблюдала за ними, не в силах понять, что, черт возьми, происходит.
— Было темно, а мне пришлось бежать, — объяснил Томас.
Он дрожал всем телом, хотя одежда на нем увлажнилась от обильного пота.
— Я бежал так быстро, что ничего не замечал вокруг, пока не оказался на углу Сент-Маркс и Первой авеню. Там было в точности, как на «Уирл-360», но только все можно было потрогать и даже понюхать.
— Не отвлекайся! Ты сказал, что выбежал в проулок и оказался на улице. В какую сторону ты двинулся?
— Направо.
— То есть ты не пробежал мимо входа в магазин, где вас держали преступники?
— Нет, я направился в противоположную сторону.
— Ты помнишь что-нибудь попавшееся тебе сразу на пути?
Томас задумался.
— Там было ателье портного и магазин велосипедов и…
— Что?
— По-моему, он назывался «Крути педали!».
— Отлично. — Джули схватила с приборной панели свой сотовый телефон. — Я сейчас попробую найти его адрес через справочную.
— Подожди! — Томас закрыл глаза. — «Крути педали!», а рядом портной…
Голова у него дернулась, и он замер.
— Что ты делаешь? — удивилась Джули.
— Пытаюсь мысленно прочертить маршрут и определить название улицы.
Он словно щелкал «мышью», но только в своей голове, вызывая в памяти изображения с «Уирл-360».
— И что это за улица?
— Четвертая Восточная. Да, мы находились на Четвертой Восточной улице.
Джули мгновенно привела машину в движение, даже не махнув сестре рукой на прощание. Она тронулась с места так резко, что Томас ударился затылком о подголовник сиденья и открыл глаза.
— Могу подсказать, как быстрее доехать до Четвертой Восточной, — предложил он.
— Сама справлюсь. Лучше определи, какая часть улицы нам нужна.