— Джеймс, — промурлыкала она, — благие намерения делу не помогут, но если все это становится невыносимой нагрузкой для вас, считайте, что ни у кого не будет к вам претензий.
Кто-то на другом конце стола осторожно хмыкнул, напомнив Джеймсу, что к их дуэту прислушиваются. Придав себе более благожелательный вид, он ответил Мелоди улыбкой.
— Нет, спасибо. У меня это врожденное: не могу бросить начатое дело посередине. Это очень сильно напоминает дезертирство. Но, может быть, если бы мы сосредоточились на поиске решений, не углубляясь в проблемы особенно…
Наконец-то он нажал правильную кнопку. Уже на следующее заседание Мелоди представила комиссии прекрасный план. Он позволял преодолеть препятствия, которые могут на веки вечные приковать его к Порт-Армстронгу.
Это произошло в середине марта на исходе солнечного дня, когда с первыми весенними лучами по всему городу на лужайках высыпали бледно-желтые нарциссы.
На заседании выступила Мелоди. Сидя на другом конце стола, она бросила Джеймсу вызов: пусть попробует оспорить правильность ее предложения.
— Некоторые из нас, — заявила Мелоди, — не принимают так называемую принудительную благотворительность. Есть другие члены комиссии — к ним отношусь и я, — кто считает: нельзя ждать, чтобы люди дошли до отчаяния. В дополнение ко всему обе стороны озабочены возможными расходами, которыми грозит проект такого рода. Так вот, я пришла с предложением, которое устранит все сомнения.
Очень ясно, по-деловому, думал Джеймс. И очень профессионально. Браво, Мелоди! Вслушиваясь в ее точно сформулированные соображения, вряд ли кто подозревает, что у Мелоди огня и страсти хватило бы и на трех женщин. Никто также не думает о том, что под черным костюмчиком и скромной белой шелковой блузкой скрывается нежное, благоухающее, как жасмин, тело, или о том, что у нее маленькие, совершенной формы груди и гладкая, как атлас, кожа на бедрах.
От воспоминаний на лбу у Джеймса выступила испарина. Про себя он источал проклятия. Его карандаш ткнулся в страничку блокнота, лежавшего перед ним. Там он изобразил кораблик под парусом, а на парусе — сердце. Теперь карандаш пронзил сердце, как стрелой. Проклятие! И еще раз проклятие! Почему никто не женился на ней раньше и не убрал ее подальше от него, избавив от соблазна?
И что сказали бы достойные представители городского общества, если бы узнали, что один из членов комиссии совершенно обескуражен силой влечения, какое вызвала у него леди, восхищающая их блеском своего интеллекта?
— Правильно! — неожиданно прокаркал сидящий рядом с Джеймсом член комиссии, на миг заставив его подумать, не проговорился ли он вслух. — Это единственный выход.
— Идеальное решение! — истошно завопила дама с плохо сидящими вставными челюстями, — Только болван может возражать против.
Сет, остававшийся главным союзником Мелоди во всем, кроме проекта, в знак одобрения стучал кулаком по столу.
— Сдается, даже я могу поддержать это, девочка. Я знаю двух парней, которые могли бы вести кухню. И многие из нас владеют пилой и молотком. Мы так или иначе работали по дереву всю жизнь. Конечно, мы не годимся лазать по лестницам наверху, но многие отделочные работы могли бы взять на себя.
— Я всегда надеялась, что вы отнесетесь к идее с пониманием. — Мелоди одарила Сета такой ласковой улыбкой, что Джеймс позавидовал ему черной завистью. — Я даже подумала, что некоторые из вас, когда здание будет готово, пожелают организовать мастерскую. Люди захотят приносить туда небольшие антикварные вещицы в ремонт и реставрацию. Этот источник дохода помогал бы содержать все заведение.
— Бесплатный обед лучше бы улегся у меня в желудке, если бы я знал, что отчасти заработал его трудом, — признал Сет. — Знаю, что и другие чувствуют так же. Нас отталкивает, когда к нам, как к несмышленышам, норовят приставить няньку. Но так, как сейчас было предложено… — Сет широко улыбнулся. — Черт! Однако не получается ли, что мы отказываемся от одного хорошего дела ради другого?
Мелоди снова улыбнулась ему.
— Разумеется, мы продолжим и сбор пожертвований на строительство центра, поэтому все производственные затраты, включая оплату труда, будут покрыты.
— Как ты считаешь, Мелоди, что если мы обоснуемся рядом с вами, девочка?
— Сет, лучших соседей я бы и желать не могла.
И она сопроводила свои слова еще одной ослепительной улыбкой, которая ничуть не поблекла, столкнувшись со злобным взглядом Джеймса.
— Последнее дело, прежде чем мы закруглимся, — объявил Чарлз Рэйнс, доставая из портфеля пачку конвертов. — Мэр города открывает ежегодный весенний бал через неделю в субботу. В знак признательности за ваши усилия в делах комиссии он приглашает всех в качестве гостей. Учитывая колоссальный прогресс, которого мы добились сегодня, мы могли бы отметить там и наш успех. — Он склонился в сторону Сета. — Мистер Логан, мэр особо выразил надежду, что вы сможете присутствовать на балу.