— Я рядом, ничего не бойся.
Я решила ещё раз посмотреть в окно, отчаяние и страх сменились недоумением — машины уже не было. Мы оба смотрели в окно, и я почувствовала, как в груди закрадывается слабый свет надежды. Может показалось? Может я просто перепутала машины?
— Ты уверена, что это была она? — спросил Дима. Я кивнула, но теперь уже не была уверена в своих ощущениях. Мы снова вернулись к разговору, но я уже не могла избавиться от ощущения, что за нами следят.
— Вернёмся в общагу? — предложил Дима, я кивнула.
Мысль о том, что отец может оказаться где-то рядом, не покидало меня до самой общаги. Но в стенах академии, я чувствовала себя лучше, будто была под защитой.
62. Не доброе утро
Утро начиналось тихо и безмятежно. Я лежала на своей пушистой подушке. Мне удалось вчера всё же успокоиться и благополучно уснуть. Я наслаждалась последними мгновениями сна, как вдруг резкий стук в дверь заставил меня резко открыть глаза. Я покосилась на Олеську, которая всё ещё мирно дремала рядом. Она лишь ворчливо потянулась, не желая никуда спешить.
Стук в дверь повторился, и на этот раз подруга немного встрепенулась. Я встала, размяла тело и подошла к двери. Открыв её, я увидела куратора. Лицо её было серьезным, и это меня насторожило.
— Доброе утро, девочки. Лера, тебя вызывает к себе ректор. — произнесла она простым, но строгим тоном. В этот момент вся радость утра как будто улетучилась.
Словно кто-то вырвал у меня землю из-под ног, я замерла на секунду.
— Доброе утро. Почему ректор хочет меня видеть? — вырвалось у меня.
— Не знаю. Не задерживайся, быстро собирайся, он ждёт тебя. — проговорила Анна и ушла.
Все мысли в голове запутались. Я не могла представить, зачем я понадобилась дяде. Вдруг в памяти всплыла машина, которую я видела вчера. Значит я была права, эта была машина моего отца. Паника охватила меня. Он всё узнал…
«Мне конец,» — прошептала я сама себе, пытаясь собраться с мыслями. В голове кружились образы: его злое лицо, крики и упреки. Я почувствовала, как руки начинают трястись и вся моя уверенность растаяла.
Я быстро вернулась в комнату, не зная, как реагировать на эту новость. У меня всё сжималось от волнения. Олеся сразу же заметила, что я нервничаю, и стала меня успокаивать.
— Не накручивай себя, Лер! Может, дядя вызывает тебя к себе по какому-нибудь вопросу академии. Сколько раз он уже тебя так вызывал. — Олеська улыбнулась, пытаясь меня подбодрить.
Я кивнула, пытаясь создать видимость, что всё в порядке, но внутри меня бушевал шторм.
Собираться было довольно сложно: руки дрожали, мысли путались. Я торопливо натянула свитер и джинсы. Олеся стояла рядом и старалась успокоить меня:
— Помни, что я с тобой! Я не позволю твоему отцу забрать тебя! Мы всей академией станем на вашу с Димкой защиту.
Я чувствовала её искреннюю заботу, но, несмотря на её слова, успокоиться не получалось. Тревога заполнила каждый уголок моего сознания.
Каждый предмет в комнате стал для меня родным. Я вспомнила, как мы здесь разделяли и горечь и радость. Эта комната хранит в себе много воспоминаний, а теперь, это всё может закончиться именно сегодня. Когда я была полностью собранной, я посмотрела на Олеську и хотела сказать ей что-то ободряющее, но слова застряли в горле.
Собравшись с силами, я была готова покинуть комнату — моё убежище.
— Я буду ждать тебя! — бросила мне Олеська напоследок. Я улыбнулась ей в ответ, сделала несколько шагов к двери и предприняла усилие над собой, чтобы не застыть на месте от страха.
Когда я пересекала коридор, сердце колотилось так, будто оно вот-вот выскочит наружу. С каждым шагом к кабинету дяди глаза продолжали замечать детали: знакомые стены, запах кофе из столовой, но внутри всё горело от страха. Я уже почти дошла до двери кабинета, и вот, когда я колебалась, собираясь постучать, мысль о том, что это может быть моей последней встречей с преподавателями, с любимым, друзьями, слабым светом загорелась в сознании.
«Ну что ж», — подумала я и решительно постучала.
В тишине коридора вдруг раздался знакомый голос. «Войдите», — прозвучал он ровно, без всякой эмоциональной окраски. Это было немного настораживающе. Сердце забилось чаще, но я собралась с силами и открыла дверь.
Когда я вошла, холодок пробежал по спине, и я почувствовала, как моё лицо побледнело. Передо мной сидел не только дядя, но и мой отец — в строгом костюме, с угрюмым выражением лица. Рядом с ним стояла охрана, а в углу комнаты, словно призрак, стоял Дима. Все трое смотрели на меня, и в воздухе повисло напряжение.