- Через кухню. Нас встретил человек у чёрного хода и дал ключ.
Вот тебе и самый дорогой отель. Хотя чему удивляться. Если хозяева и руководство заботятся о репутации, то рядовые сотрудники класть на неё хотели.
Тут у второго в кармане зажужжал телефон. Я подошёл к нему и вытащил смартфон из кармана. На экране было написано «Кривой». Вот так подарок.
- Значит так. Сейчас я сниму трубку, а ты скажешь, что всё нашли, и договоришься о передаче. Ляпнешь лишнего — твой друг умрёт, - я приставил дуло к голове первого. - А ты отправишься следом.
Я провёл большим пальцем по экрану и приложил смартфон к уху второго. А сам прислушался. На громкую связь ставить — будет подозрительно. Такие вопросы во всеуслышание не обсуждаются.
- Нашли? - прозвучало в трубке.
- Да. - прокряхтел боец.
- Что с голосом?
Раненый приподнял голову и вопросительно посмотрел на меня.
«В туалете» - беззвучно сказал я одними губами.
- В туалете, - повторил он.
- Обосрался со страху?
В трубке раздался гогот. Раненый скривился, не оценив юмора. Кривой продолжил:
- Короче, хорош чужие сортиры греть. Этот с кухни сказал, что в отеле кипиш начинается. Валите оттуда. Завтра вечером жду вас как обычно. И не потеряйте бумаги.
Звонок завершился.
- Как обычно - это где и когда? - спросил я, сунув телефон в карман раненому.
- Под Юбилейным мостом на правом берегу Волги. В десять вечера.
- Он один приезжает?
- Да.
Ну что ж, я выяснил что хотел. Осталось сдать этих двоих в руки закона. Убивать их не было никакого смысла. Они пешки. Пускай посидят в тюрьме, подумают над своим поведением.
Что ж тут творится такое? Мелкие бандюки шарят в жилищах аристократов как так и надо. И не боятся, что самое главное.
То ли аристократия тут настолько зашуганная, то ли бандиты слишком борзые. Но меня такое положение дел категорически не устраивало.
Если другие аристократы готовы терпеть это, то я точно нет. Отвечать надо жёстко. И начну с этого Кривого.
Минут через пять в открытую дверь номера зашла полиция, врачи, а следом белый как мел, мужичок лет пятидесяти. Невысокий, с зализанными набок тёмными волосами, в очках в тонкой золотой оправе.
Пока полиция заковывала в наручники одного моего гостя, а врачи оказывали помощь второму, мужичок отвёл меня в сторону.
- Ваше благородие, - начал он дрожащим голосом. - Я, как управляющий данным отелем, приношу вам свои глубочайшие извинения за данный инцидент. Уверяю, все причастные к этому будут наказаны.
Я пристально посмотрел ему в глаза, отчего он съёжился.
- Нападение на аристократа в самом дорогом номере по-вашему инцидент?
Глаза управляющего забегали. Отголоски эмоций, исходящие от него говорили о том, что он сейчас готов хоть со стенами слиться.
- Эт-т-то п-полнейшее б-безобразие. - заикаясь ответил он.
- Тень на репутацию. Вот как это называется. Я вам деньги заплатил за безопасность.
- М-мы в-вернём. В п-полном об-бъёме. С компенсацией.
- Да куда ж вы денетесь.
Я оставил дрожащего управляющего стоять у входа. Нужно дать объяснение полиции и ехать в поместье. Смысла оставаться здесь я не вижу. Безопасность, на которую я рассчитывал, здесь мне организовать не смогли.
Завершив бюрократические переговоры с полицией, я спустился вниз, забрал у администратора деньги. От компенсации я отказался. Я не из тех, кому можно заткнуть рот деньгами.
Я вызвал такси и отправился в своё поместье.
***
Оставшаяся ночь прошла спокойно, я даже умудрился выспаться. Это было очень кстати, так как мне сегодня предстояла серьёзная мозговая деятельность.
Без пяти двенадцать я вышел из такси около двухэтажного старинного здания, в котором располагался офис Покровского. Здание выделялось среди остальных построек со стеклянными фасадами. Розовые оштукатуренные стены, лепнина вокруг окон и вдоль крыши, две статуи львов, сидящие по бокам от крыльца.
Охранник проводил меня на второй этаж в кабинет Покровского. Внутри здание соответствовало внешней части. Складывалось ощущение, что идёшь по какому-то музею. Ковровые дорожки в коридорах, огромные вазоны, статуи, картины на стенах.
Кабинет был огромным. Вдоль стен стояли книжные шкафы. В углу стоял старинный, хорошо отреставрированный диван и журнальный столик. Покровский сидел в большом кожаном кресле за столом из красного дерева.
Он приподнялся из-за стола, пожал мне руку и указал на кресло напротив себя, предлагая присесть.
- Чай? Кофе? - предложил Покровский.
- Нет, спасибо, - ответил я, усаживаясь в кресло. - Давайте сразу к делу.
Покровский откинулся в кресле и провёл рукой по волосам.
- Что ж, давайте. Сначала я хочу знать, откуда у вас информация.