Если верить картам - ехать нам оставалось километров пять. Значит, пора маскироваться. Я остановился на обочине и создал иллюзию, сделав нас невидимыми.
Мы проехали три деревни и когда выехали из последней, Макс сказал:
- Подожди, не разгоняйся. Почти приехали.
Я поводил головой по сторонам. Пока ничего похожего на то, что мы ищем.
Сбавив скорость, я ехал дальше.
- Вот здесь направо.
- Точно? - я посмотрел на еле видную колею, уходящую в поле.
- Точно.
Я свернул направо. Это была не дорога, а тропинка, только для машины. Создавалось впечатление, что до нас тут никто не ездил уже несколько лет. Я начал сомневаться.
- Макс, ты уверен, что адрес правильный?
- Коль, там даже координаты указаны были, так что ошибки быть не может.
Мы проехали дальше вдоль леса. Дорога становилась всё хуже, я уже съехал с колеи на траву – там было ровнее. Метров через пятьсот лес слева закончился. Колея дальше делала резкий поворот налево.
- Вот там, за поворотом, - сказал Макс.
Я повернул, огибая лес, и остановился, охренев от увиденного. Макс тоже вытаращил глаза и открыл рот от удивления.
- Вот это домики у Анечки, - растягивая слова, сказал он.
Глава 23
Да, на домик шестилетнего ребёнка то, что мы увидели, походило мало. За высоким забором виднелся то ли завод, то ли лаборатория.
Из крыш зданий на территории торчали трубы вытяжек. Но самое интересное, что самая высокая постройка была ниже, чем лес, который обступал территорию с трёх сторон. То есть если целенаправленно сюда не поехать, то с дороги случайно не увидишь.
Я попробовал установить связь с концентратором, но безуспешно. Либо его здесь нет, либо заэкранировали.
В этот момент чутьё завопило об опасности. Я огляделся по сторонам. Вокруг было спокойно. Всё казалось безжизненным. Но чутьё не умолкало. Я чувствовал, что опасность совсем близко.
Макс? Я посмотрел на него и увидел стеклянный взгляд. Чёрт, только этого не хватало. Я сунул руку во внутренний карман куртки и понял, что там пусто.
Каналы прострелило резкой болью. Я стиснул зубы. Макс медленным движением достал из кармана артефакт и крепко держал в руке.
Боль усиливалась, затмевая все остальные чувства. Казалось, что ещё немного и я распадусь на куски. Головой я понимал, что под действием артефакта моя иллюзия исчезла и нас видно.
С трудом пытаясь сохранить самообладание, я протянул руку и схватил Макса за рукав. Боль стала ещё сильнее. Тело отказывалось слушаться, и пальцы непроизвольно разжались. Очаг магии начинал гореть огнём. Потом огонь перекинулся на очаг эмоции. Макс вливал в артефакт всю энергию, которую мог.
Под таким воздействием я продержусь недолго. Каналы были уже на пределе и были готовы лопнуть в любой момент. Картинка перед глазами поплыла. И когда боль стала совершенно невыносимой – я потерял сознание.
***
Пришёл я в себя на холодном бетонном полу. Сколько я провёл в отключке? Всё тело пронизывала ноющая боль, оба очага были пусты. Каналы были целы, но сильно повреждены. Я попытался сесть. Мои руки и ноги были связаны, а боль дополнительно сковывала движение.
После нескольких попыток у меня получилось, и я огляделся. Тесное помещение, похожее на тюремную камеру. Сырые бетонные стены, такой же пол. На потолке тускло горела одна-единственная лампочка, едва освещая всё вокруг.
Стояла абсолютная тишина, которая изредка прерывалась звуком моих движений.
Вот бляха-муха! Дед всё-таки Максу сделал внушение. Только сработало оно как-то с отсрочкой. А может, просто, когда мы подобрались ближе, воздействие возобновилось?
Оставалось только гадать. Мало того что в отношении деда чутьё не работает, так ещё и магия полностью заблокирована.
Я, с трудом справляясь с болью, переполз и прислонился к стене. Ситуация тупиковая. Единственное, что я знаю, что я скорей всего в Хотьково, вот только эта информация никакой пользы не даёт.
Я попытался развязать верёвки, но не получилось. Скорей всего на них наложено заклинание. Помучившись с ними, я бросил эту затею. Бесит, что единственный выход, который я вижу – ждать развития событий.
Интересно, что с Максом и Кривым? Они где-то вот также сидят связанные, или дед их вовсю использует?
Сколько я так просидел – не знаю. По ощущениям очень долго. Ко мне ни разу никто не зашёл. Да и вообще, за всё это время я не услышал ни единого звука.
Тут за дверью послышались тяжёлые шаги. Зазвенели ключи, три раза щёлкнул замок, и дверь с громким лязганьем открылась. Яркий свет из проёма ударил в глаза, заставив меня прищуриться.
В дверях стоял большой широкоплечий силуэт.
- Очухался? - прозвучал громкий бас.