- Я не пойму, ты развалила мою семью, и я должна помочь тебе сохранить твою семью. Алёна, ты ничего не путаешь? Это ведь ты решила провести три дня выходных с моим мужем, а не я поехала на отдых с твоим.
- Твой муж от тебя уже гулял, и ты знала, что от него ждать. Что касается меня, я просто попала под его обаяние и может быть просто решила оторваться от рутины. Муж был в командировке, ты, как нам стало известно, уехала к больной матери. Что что-то может пойти не так, мы об этом не думали.
- Да. Вы шифровались так, что о вашем свидании знал весь ваш офис, а то, что известно в вашем офисе, знают и у нас. Недаром мы работаем в одном здании и плотно общаемся друг с другом. Я не знаю, как тебе помочь, если бы и знала, то не помогла бы. Изменив раз, ты изменишь и ещё раз, но уже будешь делать это более продуманно, более аккуратно. Мне просто жалко Валентина.
- Прости меня, Татьяна. Но ты же знаешь, что у меня с Игорем ничего не было. Мы встречались на работе, да, мы планировали встретиться в мотеле, но всё, что мы спланировали, вы сорвали. Сейчас наша жизнь, что у меня, что у Игоря, что у Валентина, что у тебя пошла под откос. Я знаю, у тебя есть дети, которые младше моих, знаю, у тебя тоже будут проблемы, но, поверь мне, Игорь, он таким родился, и он не приспособлен к семейной жизни. Это ты наглядно ощутила.
- И чем я могу тебе помочь? С Валентином вчера мы посидели в ресторане. Поговорили о жизни, но мы не говорили ни о тебе, ни об Игоре. Мы вообще не касались этой темы. Мы не говорили о том, чтобы нам продолжить встречи. Я предполагаю, что по приезду Валентин свяжется со мной, но это будет только тогда, когда, он приедет, сейчас я тебе ничего обещать не могу. Сказать тебе что-то о его планах в дальнейшем сложно. Сегодня я тебе передала то, что он сказал мне, когда позвонил с вокзала при посадке, большего я не знаю.
Действительно, предугадать то, как поступит Валентин в данной ситуации, было очень сложно. Прошло две недели. Алёне принесли заказное письмо, в котором была повестка из суда. Исковое заявление было подано от имени Валентина представителем по доверенности. Заседание было назначено через 10 дней после вручения.
Алёна позвонила представителю по доверенности, сказала, кто она такая и по какому вопросу связалась с ним. Спросила, имеется ли у представителя связь с Валентином и будет ли он в суде, на что тот пояснил:
- Валентин вряд ли будет присутствовать в суде, так как он к этому времени ещё не вернётся из отпуска. Очевидно, я буду один. Скорее всего, суд отложит рассмотрение дела, поскольку вы не согласитесь на развод. Срок, на который может быть отложено дело может быть от одного до трёх месяцев. От алиментов Валентин отказался. Как вы видите, он даже не хочет делить с вами жильё.
- А где он собирается жить, или куда он выселит меня, в случае нашего развода?
- Этого я не знаю, это он мне не озвучил, но, как я думаю, у него на это есть свои планы и, очевидно, имеется какое-то жильё.
Как и ожидалось, Валентина на суде не было. Судья выслушал представителя по доверенности Семёна Владимировича, затем выслушал позицию Алёны, которая категорически возражала против развода и вынес определение отложить слушание дела на 3 месяца. Дав, таким образом, сторонам время для примирения. Предупредил Алёну, что если она не сможет договориться с мужем, то развод будет неизбежен. Уточнил, что вопрос о детях будет приниматься с учётом их мнения. Они останутся с тем из родителей, кто сможет обеспечить им нормальную жизнь.
Алёна понимала, что с такой постановкой вопроса, шансов у неё забрать детей было немного. Валентин заранее всё подготовил и всё просчитал, не оставляя ей никакой лазейки. Хотя, как считала она, суды в России обычно стоят на стороне матери и, при распаде семьи, детей обычно оставляют женщинам.
Ей не хотелось терять семью, она не хотела терять детей, но, как поступить в данной ситуации, она не знала. Понимала, что Валентин не сдержит своего слова и ничего писать ей не будет. Она сама пыталась ему позвонить, но на её звонки никто не ответил. Она пыталась поговорить с Семёном Владимировичем, но тот уверил её в том, что никакой связи у него с Валентином нет, хотя он может позвонить ему сам. Но звонков пока ещё не поступало.
Из-за того, что Игорь уволился, Алёна за собой никакой вины не чувствовала. Считала, что, в принципе, виноват он сам. К тому же, он ушёл не на пустое место, стал дворником в отеле, конечно, это было смешно, но, между тем, он имел жильё, хотя практически теперь жил на работе. Нет, она не ездила проверять его в мотеле, да и звонить ему не стала. Ей это было просто не интересно. Её не интересовало, во что превратилась его жизнь. А Игорь жил мечтой, что Татьяна одумается и, как в прежние годы, вернёт его обратно в дом. А поскольку этого не происходило, он всё чаще по вечерам кутил с дальнобойщиками, которые останавливались на ночлег, кутил и с девочками, крутившимся вокруг этих водителей. Там он нашёл себе и постоянную подружку, которая, в перерывах между поездками по трассе, жила с ним в одном номере. Администрация мотеля знала об этом и на это закрывала глаза. Работа делалась, закреплённая за дворником территория была чистой.