- О, привет! - обрадовался ему Глен и тут же сам все рассказал, не дожидаясь вопросов и спеша поделиться радостью. - Как дела? Хорошо, да? И у меня все хоро… да просто отлично! Пожелай мне удачи! Мэгги приехала и согласилась поговорить! Мне Тара, умная девчонка все же, посоветовала. Говорит, хватит мямлить, стукни по столу кулаком и твердо заяви, что, раз у вас общий ребенок, вы должны все решить и поговорить спокойно. Ну, я не стучал, конечно, но кажется, сработало. Она впервые согласилась поговорить и сама приехала. Вот, взял все, что она любит в магазине: ее любимое шампанское…
- А чего, беременным бухать можно? - задумчиво почесал затылок Дэрил, с трудом успевая понимать все, что так быстро говорил восторженно сжимающий в руках пакет друг.
- Что? А ну… да. Черт! Я вообще не подумал. И что мне теперь? А вдруг она решит, что… Я понял! Я скажу, что это туда… ну на после родов, чтобы мы потом отпраздновали годовщину нашего сегодняшнего примирения! Вот!
- Так вы уже и помирились? - снова не понял он.
- Нужно верить в свои силы, Дэрил! И тогда все получится! Это мне уже Дейл сказал! - хлопнул его по плечу такой непривычно решительный Глен. - Ладно, я побегу, а то она там, наверное, уже ждет…
- Удачи, - искренно пожелал ему Дэрил, уже даже не помня, в который раз слышит подтверждение своим мыслям о необходимости действовать как можно тверже.
Все словно сговорились в последнее время, показывая и доказывая собственным примером, что это, в самом деле, идеальный выход. Нужно только отбросить все сомнения, поверить в себя и тем самым убедить Кэрол в том, что они должны быть вместе. И кажется, вот именно сегодня, сейчас, он был готов это сделать. А ревность к Акселю и нежелание отдавать свою женщину сопернику, пусть даже на один вечер с дружеским общением, только подогревала его решимость.
Успев задуматься о том, что, наверное, ему бы тоже пригодились цветы, Дэрил все же не стал терять время на подобную ерунду, решив, что память о прошлом букете, подаренном на днях, не должна была померкнуть. Изводя себя мыслями о том, что он сделает или скажет в том или ином случае, предполагая самые невеселые варианты поведения Кэрол, он добрался до ее двери, запыхавшись, и постучал слишком громко и настойчиво, надеясь, что она еще дома. Ведь во второй раз собраться с силами будет не так просто: подобная решимость в таких делах его посещала далеко не каждый день.
Открывшая дверь Кэрол моментально прогнала из его головы все мысли, оставляя полную пустоту и неподдельное восхищение. Медленно сменяющееся отравляющей ревностью: для него она никогда так не наряжалась. Или, может быть, Аксель пригласил ее в какое-то дорогое заведение, где нужно так шикарно выглядеть? И она только потому сейчас такая красивая в светлом платье, идеально подчеркивающем фигуру, с как-то по-особенному уложенными волосами и, наверное, каким-то макияжем, который был незаметен, но делал ее лицо в разы ярче.
- Привет, ты по делу? Проходи. Выпьешь что-то? Прости, у меня только несколько минут, я собралась уходить, - приветливо улыбалась ему Кэрол, пропуская в дом.
- Я… просто. Можно воды, - выдавил он из себя с трудом, тщетно пытаясь вспомнить хотя бы одну из того списка фраз на каждый случай жизни, которые он успел подготовить по дороге.
- Хорошо, что ничего важного, у меня, в самом деле, мало времени, - говорила откуда-то из кухни Кэрол, возвращаясь с запотевшим стаканом холодной воды и настороженно вглядываясь в его лицо. - Дэрил… все в порядке? Почему ты так смотришь?
Неужели не понимает? Неужели сама не знает, как сейчас выглядит? Или просто лукавит, желая услышать какие-то особенные слова в свой адрес? Те, которые, несомненно, знал и свободно говорил Аксель. Те, которые, как обычно, не мог подобрать Дэрил, просто чувствуя, но не умея сказать.
- Нравится, - признался он честно, с трудом узнавая свой охрипший голос и принимая из ее вдруг дрогнувшей руки воду.
- Спасибо, - смутилась Кэрол, покраснев, что ее только украсило, и отвернулась к сумочке, пытаясь в ней что-то отыскать, но кажется, не справляясь с задачей.
И неизвестно, что именно было этому виной. Может быть, ее почему-то дрожащие пальцы, может быть, то, что она одновременно пыталась делиться впечатлениями недавно звонившего ей Патрика о его празднике, а может быть, то, что она ощутила приближение Дэрила, осушившего стакан до дна, опустившего его на подоконник и шагнувшего ближе.
- Черт, она же в другой сумочке, - раздосадованно пробормотала Кэрол, почему-то пряча глаза и даже не оборачиваясь на стоящего уже прямо за ее спиной Дэрила.
- Держи, - успел он достать из шкафа сумочку, к которой она потянулась. - Тебе обязательно уходить сейчас?
- Что? А… да… Дэрил, конечно, обязательно. Почему ты спрашиваешь? - заметно неуютно ощущала она себя рядом с ним, но отходить было некуда.
- Останься, - проигнорировал Дэрил ее вопрос, устраивая ладонь на ее талии, чувствуя, как Кэрол замирает, кажется, даже дышать переставая, и сделал последний шаг к ней.
Всего один маленький шаг – и можно прижаться к ее спине, показывая свое желание. Всего один крошечный шаг, и можно привлечь ее всю к себе, недоверчиво проводя руками по обтянутому тонким платьем телу. Всего один последний шаг – и она только его – он уже не сможет отпустить.
Он торопливо, пока она не успела передумать и отстраниться, коснулся губами ее затылка, скользнул по шее, вдыхая родной сладкий запах, прижимаясь к такой нежной коже щекой, проводя ладонью по ее вдруг покрывшемуся мурашками плечу, разворачивая ее, все еще покорно стоящую на месте, к себе и заглядывая в растерянные голубые глаза.
- Дэрил, что ты… Дэрил, отпусти меня, - пробормотала Кэрол так неубедительно, что он даже вслушиваться в смысл ее слов не хотел, накрывая ее губы своими и на ощупь, не глядя, подталкивая ее к стене.
Она дернулась, вдруг попытавшись вырваться, но Дэрил лишь перехватил ее запястья, продолжая целовать, вжимаясь в нее всем телом, вжимая ее – в стену. Она ведь тоже хочет. Она наверняка хочет, она ведь уже почти отвечает на его поцелуи, она закрывает глаза и подставляет его губам шею. Хочет ведь?
- Пусти! Дэрил! Ты слышишь?! Пусти меня! - снова дернулась Кэрол, глядя на него полными слез глазами, но почти ничего не делая, чтобы на самом деле освободиться.
А торопливо проникающие под платье и сдвигающие белье пальцы уже убеждались в том, что она, в самом деле, хочет – хочет не меньше его самого. И больше никаких доказательств не нужно было. Только снова накрыть ее, все еще шепчущие слово «нет», губы новым поцелуем, жадно касаясь ее, ощущая всем телом, жалея, что на них столько одежды, так много преград. Дэрил, с трудом справляясь непослушными пальцами, расстегнул штаны, наплевав на все условности, просто задирая ее платье выше, подхватывая под бедра, и прикусывая такую нежную, такую светлую, такую сладкую кожу плеча, чтобы заглушить свой стон.
Кэрол уже не сопротивлялась, обхватывая его ногами, подаваясь навстречу, принимая его, запуская ладони под воротник рубашки и беспорядочно касаясь губами его лица. Он отчаянно вглядывался в ее лицо, пытаясь замечать каждую эмоцию, он с силой сжимал свои руки, оставляя, наверное, на ее коже синяки, но не думая об этом сейчас, он с трудом старался сдерживаться, желая только одного – доказать ей или самому себе, что она – его. Что ей с ним – хорошо. Вот только сдерживаться после такого долгого перерыва, вбиваясь в ее покорное, прижимающееся к нему тело, ощущая впивающиеся в спину ногти, слыша сдавленный, сдерживаемый ею, но все же вырывающийся из ее груди стон, чувствуя ее такие мягкие, такие нежные и лишь больше заводящие поцелуи, было невозможно.
А она уже даже не скрывала стонов, судорожно подаваясь навстречу, шепча его имя, вжимаясь затылком в стену и расслабляясь в его руках, позволяя сделать пару последних рывков, уткнувшись лицом в ее шею. Он осторожно ослабил хватку, опуская ее на ноги и все еще придерживая за талию – кажется, Кэрол даже стояла с трудом. Впрочем, как и он, расслабленно открывающий глаза, касающийся пересохшими губами ее щеки, привлекающий ее к себе и задумывающийся о том, как можно закончить этот вечер.