Ладно, если разбить?
6, 4, 6, 1... Если с конца, 6.01.00 - дата смерти мамы. Господи... И... нет, не так. Если сложить. 10 и 7. Если вычесть... 10-7=3, если не считать повторяющуюся 6.. нет, я точно сошла с ума, но это же 9=6+4-1. Итог... даже пугает.
7 октября 93 года. Его мама... Это же та дата? Дата её смерти? Точнее.. убийства.
Я точно сошла с ума, выводя ногтем на рассыпанном табаке цифру за цифрой.
Ладно, если считать нули. 64.06.01.. И по аналогии ввода первого пароля: без точек.
Дыхание замирает, щёлчок... У меня больше нет вариантов, Саша.
6 касаний клавиш и один клик подтверждения. Сердце перестаёт биться и ухает, когда надпись об одной ошибке вдруг... вдруг сменяется круглой стрелкой загрузки.
Не смогла сдержать слёзы.
- Саша, почему с тобой так сложно!? Почему?
Снова нырнула пальцами в волосы. Да, я смогла... Но это просто из ряда фантастики. В ногтях застрял табак, кружа голову своим запахом, но разве это имеет значение?
Чувствую, как много ушло сил на разгадку, но я не могу сейчас уйти отсюда. Не могу...
Пустое окно вдруг начало прогружаться, показывая мне файл за файлом. Нужно отмотать на 18-ое, сколько же здесь всего...
Вздрагиваю, вдруг увидев его лицо на одном из файлов. Он... проверял видеорегистратор. Прикусываю губу, пытаясь хоть немного успокоиться.
Этого точно не было в отчётах, да и как... откуда... Боюсь нажать на play. Может, сразу отправить его отцу? Нет, я должна... должна.
Два щелчка отдаются в висках.
7:50, картинка резко загорается - он нажал на кнопку автозапуска, начиная запись нового файла.Как обычно, вижу наши ворота... Почему он в последнее время ленится и не паркуется в гараже?
Но вроде бы всё в порядке.
Останавливаю порыв ускорить запись, решив просмотреть всё по крупинкам. 5-ь минут - одна картинка, вдруг хлопок закрытия двери и резкий рывок камеры на себя..
Я смотрю на его сосердоточенное лицо, не понимая, когда нажала на стоп... не понимая, почему мои пальцы скользят по его чертам.. Шоколад кружит голову, погружая меня в ощущение его присутствия. Словно он здесь...
Пожалуйста, пусть это будет правдой.
Он снова без шапки, в своей утепленной кожанке, и сейчас на промелькнувшей руке точно заметны запонки, черные, значит, кулон где-то рядом. Значит, всё верно. Серые глаза, упавшие растрепанные пряди, что он потом обязательно уложит. Линия любимых губ...
Как же мне тебя не хватает.
Аккуратно отпускаю "стоп", позволяя записи вести меня дальше.
На экране 7:54, он возвращает камеру на место. Почему.. почему я не согласилась год назад на камеру в салоне? Почему я противелась ей? Глупая.
Машина трогается с места, ворота медленно открываются, пропуская эту чёрную колесницу. Странно, обычно он едет здесь быстрее.. Он мог что-то чувствовать, или я снова всё придумываю? Да, наверное, плод моего воображения.
Усыпанная снегом гравийка, сугробы по бокам и едва заметные еловые ветви. Солнце только встало и едва просачивается сквозь лес тонкими полосами света.
Откидываюсь на спинку.
Он начинает ускоряться.. Опаздывает? Выезжает на трассу вовремя. Едва могу различить, что за указатели остаются позади. Небольшой мостик, поля, облысевшие кустарники, снова лесочек.. Сердце ухает каждым ударом, я знаю.. это место.. слишком хорошо. Воспоминание родом из утра, когда Макар так ловко проехал то самое место.
Да, вот-вот будет отворот на коттеджный посёлок его отца.
Только...
Стоп... Машины!? Впереди.. это же точно.. грузовые? Включаю колонки на полную мощность, отматываю назад. Точно! Кто-то впереди сигналит, Саша ускоряется... Через считанные секунды подъезжает к какому-то громадному американцу. Номера.. это номера? Чужая республика? Не разобрать.
Пробирает дрожь, слёзы уже не контролируются. Я осознаю, что будет дальше...
Ему звонит Слава.
И этот голос... любимого человека.
- Слав, я...
Почему нельзя остановить жизнь как эту запись? Почему? Почему нельзя отмотать и не дать самым дорогим людям потеряться, исчезнуть или.. умереть?
Ну, что, я сильная девочка? Я смогу? Прикусываю губу, отпускаю "стоп". Руки не слушаются, впрочем, как и сердце. Директор частной клиники пытается сказать то, что я уже слышала. Я без сознания, верно..
А он уже пошёл на обгон.
Не сдерживаю крик, но прикусываю руку со всей силы, когда какой-то опель в этой веренице машин вдруг подрезает его. Гелендваген резко выруливает, но тут же начинает крутить.
Раз...
Стоп, не могу. Не могу, не могу я!
Закрываю рот рукой, утопая в собственном бессильном крике, сердце сжалось и не даёт мне продолжить..
- Саша...
Судорожно дышу, не зная, что делать со слезами.
Оборот.. раз... Отпускаю стоп..
Машина влетает в сугроб боком, тут же переворачивается, слетая в кювет... Раз.. Он шипит от боли. Два... Три...