- Макс? – требовательно посмотрела на него.
Мужчина сжал челюсть и отступил, давая Марку пройди. Друг кратко обнял меня на прощанье и поспешил покинуть комнату, хотя Максим на секунду перехватил его на выходе.
- Загелеев, если планируешь приходить сюда только чтобы расстраивать Алию, я перестану тебя пускать, ты понял?
- Максим, угомонись. – твёрдо проговорила я.
- Прости! – Марк обернулся и грустно посмотрел на меня.
- Марк, ты не должен извиняться, потому что сказал мне правду.
Новак наконец отпустил моего друга, и Марк стремительно вышел.
- Аля, что сейчас произошло? – исполнительный готов был испепелить меня взглядом.
- Макс, пойдём, а то кофе остывает. – я приподнялась, стараясь скрыться от его пронзительного взгляда и собраться с мыслями.
Кофе мне бы не помешал.
Тихонько продвинулась на кухню, чувствуя требовательное внимание к себе со стороны Максима.
- Почему ты не сказал о покушении? – проговорила, усаживаясь за стол.
Макс застыл, словно ожидал другого вопроса.
- Это Марк тебе сказал?
- Да.
- Я не хотел тебя растаивать, тем более наш вчерашний разговор пошел не совсем в то русло, о котором я думал. – он уселся напротив.
- Тебя могли убить, но ты предпочёл сидеть передо мной и оправдываться за фальшивые отношения с секретаршей? – мой вопрос выбил его из равновесия.
Я чувствовала злость за то, что он не посчитал нужным рассказать мне об этом.
- Аля, мне важно было не нервировать тебя…
- Не нервировать? Значит, разговоры о шпионаже меньше меня нервируют, чем попытка покушения на тебя, и ты выбрал из двух зол меньшее?
- Да!
- И когда ты собирался рассказать о покушении?
Максим отвёл взгляд.
- Дай угадаю, никогда?
- Аля, это не важно.
- Не важно? Тебя едва не пристрелили вчера, но это не важно?
- Переживаешь обо мне? – ухмыльнулся он.
- Да! Я переживаю за тебя. – потерла переносицу.
- И я. – проговорил он.
- Что?
- Я переживаю за тебя. Я не хочу, чтобы ты нервничала и печалилась.
- Поэтому ты решил вообще ничего мне не рассказывать?
- Не так! Я рассказал о шпионаже.
- К чёрту шпионаж! – я резко поднялась и боль стрельнула в бедро. – Ауч!
- Аля, что такое? – он кинулся с места ко мне.
- Просто резко встала. – я зажмурилась.
Новак осторожно усадил меня на место.
- Я сейчас наберу врача. - занервничал он.
- Не надо. Сейчас пройдёт, слышишь?
- Уверена?
Я кивнула, инстинктивно поглаживая бедро в гипсе, словно это движение могло помочь мне снять боль. После новогодних праздников его должны были снять.
- Аля, меня пугает твоё состояние. – участливо проговорил он, присаживаясь на корточки рядом со мной.
- Знаешь, я больше недели провела без тебя и уверена, что всё это время тебе было плевать на меня.
- Не плевать. – он попытался ухватить мою ладонь. – Ты избегала меня, и я старался не раздражать тебя.
- Не раздражать – это значит не звонить, не писать и уж точно не сообщать о перелёте в другую страну? – спрятала ладони.
- Прости, операция завертелась настолько быстро, что я толком не смог собраться и поговорить с тобой.
Молчу.
Недавно я думала поговорить с ним о нас и обо всём, что происходит, особенно о моих страхах, но сейчас мне не хотелось разговаривать. Снова хотелось закрыться в себе.
- Аля, ни делай этого, прошу.
- Что не делать?
- Не закрывайся от меня, прошу. Ты обижена, я понимаю, но если ты снова будешь избегать общения со мной… мы ничего не добьёмся этим, понимаешь?
- Макс, мне сложно в принципе тебе довериться.
- Я знаю. Я придурок и постоянно выкидываю какую-то хрень.
- Ты не придурок, Макс.
- Не стоит меня защищать! – улыбка коснулась его карамельных глаз. - Я вечно косячу, не понимая, что ты от меня хочешь?
- А ты чего хочешь от меня? – полюбопытствовала я.