- Не переживай. Он долго проспит, и мы никак не можем его разбудить, пока действует препарат. – вдруг стал серьёзным он.
Я снова замолчала.
Он дал ребёнку какое-то снотворное, но это же может навредить младенцу. Неужели он не осознаёт опасность того, что он может вообще не проснуться?
Что же с тобой произошло? Как ты стал таким безумным?
- Олег, что мы будем делать дальше? – осторожно задала вопрос я.
- Мы уедем. Нам с ребёнком будет хорошо в другом городе, и никто не усомниться в том, что мы семья. Ты же рада, что мы настоящая семья? Теперь всё так, как ты хотела. Скажи, ты рада?
- Рада. – слегка заикаясь, заверила я. – Но как же Лера? Она же станет искать нас. – осторожно проговорила я, боясь услышать его ответ о том, что он как-то избавился от неё.
- Лера нас не найдёт, не переживай.
- Ла…Ладно.
- Я не мог тебе сразу рассказать о том, что я не изменял тебе. Это не была измена, ведь я просто ждал появления нашего малыша. Я не мог тебе это сразу сказать… - без остановок говорил он, как в заезженной пластинке.
Я молчала и боялась его. Не знала, что он может вычудить в следующую секунду.
- Теперь мы вместе. Всегда будем вместе, правда?
- Да. – пробормотала именно тот ответ, который он ждал.
Олег просиял.
- Вот, я знал, что ты любишь меня, и что всё сразу поймёшь.
Я не смотрела на него, просто кивнула.
- Тогда пора собираться, пока наш сын спит. – он подскочил с дивана. – Тебе стоит потеплее одеть нашего сына. Путь не близкий.
- Ты прав. – нашла в себе силы подняться с ребенком и потихоньку добрести до пеленального столика. – меня колотило от страха и беспомощности. – Где… Где его одежда?
- Сейчас. – он с радостью кинулся к шкафу, отворив дверцу и доставая распашонку, ползунки, пару шапочек и тёплый комбинезон небесно-голубого цвета.
Я осторожно уложила ребенка и раскрыла одеяльце.
Руки с трудом слушались меня, и я боялась навредить ему. Слезы наворачивались на глаза, но я пыталась сделать всё, что мне говорил Олег.
Малыш спал, что во многом облегчало процесс его одевания. Его крошечные ручки и ножки пугали меня. Я не понимала, как могу прикоснуться к нему, ничего не сломав.
Распашонку я надела с трудом, но всё остальное далось мне легче. Когда малыш был полностью одет, Олег осторожно отодвинул меня и взял его на руки.
- Я отнесу его в машину, а ты можешь собрать остальные вещи. В шкафу должна быть сумка.
- Хорошо. – ответила ему, незаметно смахивая слезу и со страхом провожая его взглядом.
Олег вынес ребенка из комнаты и запер дверь, значит, не до конца уверовал в то, что я согласно с ним ехать.
Только когда шаги за дверью стихли, я заметалась по комнате, пытаясь найти что-то, чем смогу вырубить Олега и сбежать. Я понимала, что мне опасно оставаться с ним. Неизвестно, куда он задумал нас увезти.
Как на зло, ничего стоящего на глаза не попадалось, и я кинулась к шкафу.
Я выбрасывала из него вещи, стараясь найти что-то более менее тяжелое.
Я уже теряла надежду, когда на нижней полке шкафа обнаружила коробку, а в ней лампу-ночник. Он был не особо большим, но стеклянный плафон с металлической ножкой делали его достаточно тяжёлым.
Примерилась, смогу ли вырубить Олега им?
За неимением чего-то лучшего, придется использовать это.
Осталось решить проблему с разницей в росте. Времени было мало. Я с трудом подняла невысокую тумбу и перетащила её ближе к двери.
Нога от всех приготовлений начала болеть, но я старалась не фокусироваться на этой боли.
С трудом забралась на тумбу, удерживая светильник и стараясь не разбить его раньше времени.
Я затихла в ожидании на своём возвышении, стараясь дышать через раз.
Олег не заставил меня долго ждать. Через несколько минут после моего маневра с тумбой, за дверью послышались шаги, после замок снова открылся и Олег вошёл в комнату.