— Если вы помогаете Махсуму, в чем выражается ваша помощь?
— Я собираю и доставляю ему муку, мясо, масло, корм для лошадей. В это время кто-то кашлянул у двери, и в комнату, кланяясь, вошел один из юношей, которые, очевидно, охраняли дом.
— А, Сафар-джан, сказал Закирбай, — что скажешь?
— Махсум наверху, в горах, на скале… — проговорил Сафар.
Это был молодой, крепкого сложения юноша с черными глазами. Он стоял перед отцом навытяжку, говорил тихо и почтительно.
— Почему он остался наверху? - спросил Закирбай. — Ведь ему сказали, что прибыл гость?
— Я был в кишлаке Оби Кабул, отвечал Сафар. — Там сидят в засаде люди Махсума во главе с караулбеги Я от самого караулбеги слышал: красные воины узнали, что Махсум в Санг Калу, обнаружили тайную тропу, и там произошло большое сражение Много людей Махсума побито. Сейчас красные сторожат, не отходя от входа в ущелье. Хорошо, что с Махсумом поднялось в горы много его людей, они преградили путь красным и не пустили их на тропу Караулбеги думает, что теперь Махсум задержится там, наверху…
— А почему караулбеги не освободит дорогу для Махсума? — спросил Закирбай.
— Караулбеги говорит, что у него нет для этого сил. Он хочет, выбрав удобный момент, уйти из этих мест, податься в сторону Душанбе — Гиссара.
— Интересно! — проговорил Низамиддин. — Ну и везет же мне!..
— Да! — сказал Закирбай. — Не понимаю, почему Махсум, зная о вашем приезде, ушел в Санг Калу. Правда, там его семья, и место там прочное, туда ведет только одна тропа, и ее никто не знает. А если и узнают и будут пытаться по ней подняться, то один стрелок наверху сможет уложить тысячу людей. Вся беда в том, что раз красные сторожат вход в ущелье, то Махсум не может спуститься вниз.
— Наверху можно с голоду умереть…
— Нет, — возразил Закирбай, — во-первых, мы с Махсумом заготовили там много припасов, во-вторых, можно через пещеру в корзинах подымать наверх все что нужно…
Мы все предусмотрели.
— Караулбеги сказал еще, что сегодня в пещеру спустится к нам человек от Махсума, — сказал Сафар. — Нам велено ждать его.
— Хорошо, подождем, — согласился Закирбай. — Ну, мальчики, идемте. Я приготовлю дастархан, вы, верно, проголодались.
Мальчики вернулись вечером. Их было трое — те двое, что встречали Низамиддина, третий — спустившийся сверху посланец от Махсума.
— Господин Махсум передали вам привет, — сказал этот третий, протягивая Низамиддину письмо. — С нетерпением ждали вашего прибытия. Меня послали провести вас наверх.
— Мухаммед Ер — один из близких к Махсуму людей. Он родом из здешних мест, но потом попал в Бухару, присоединился к отряду Махсума. На свете нет более ловкого канатоходца и человека, знающего горы. Это он нашел пещеру для передачи наверх провизии…
— Очень хорошо! — сказал Низамиддин. — Как здоровье господина? Весел ли он?
— Ничего, неплохо, — отвечал Мухаммед Ер и, подумав, прибавил: — В горах всякое бывает… то хорошо, то плохо…
Низамиддин, который думал, что у Асада в горах целая крепость, был несколько удивлен такими словами. Открыв письмо, он принялся читать послание Асада.
…Да будет бог покровителем нашим… После всех благословений и приветов сообщаю вам, что ваш покорный слуга жив и здоров, чего желаю и вам молю о том бога.
Узнав о вашем прибытии, я хотел провести с вами несколько дней в Санг Кале, отдохнуть и побеседовать на свободе, без помех. Здесь относительно безопасно, далеко от вражеских глаз и недоступно для неприятеля. Внизу сейчас слишком жарко, а здесь наверху прохладно. Здесь Ойша, ваша служанка, и ее мать, мы не испытываем недостатка в пище и в напитках… Для этого я и прибыл сюда два дня назад, но враги напали на наш след и перекрыли дорогу. В ближайшее время нам, видимо, не придется спуститься за вами. Поэтому мы решили пригласить вас взобраться сюда к нам путем, тайным для врагов. Это пещера, из которой вас подымут наверх…
Я бы мог и сам спуститься к вам и посидеть с вами в доме Закирбая, но здесь, как я уже сказал, спокойней и безопасней. Здесь мы можем побеседовать откровенно, наметить планы на будущее. Затем, если вы согласитесь, совершим ночную вылазку, чтобы продолжать свою борьбу…
Буду считать, что в вашем лице встречу всех своих бухарских друзей, подышу воздухом Бухары. За то время, что я далеко от всех вас, среди каменных гор под высоким небом, я чуть не умер с тоски. Около меня нет ни одного искреннего друга…
Все беседы и обсуждения будем вести здесь. Но я считаю необходимым предупредить вас, чтобы вы были осторожны.
Скажу вам откровенно, состояние моих львят не очень хорошее. Длительные походы, бои, усталость, голод и беспросветность угнетают их. Боюсь, как бы они не восстали против меня! Вы должны поговорить с ними, сообщить им радостные новости, ободрить их, поселить в их сердцах надежду. Начинайте это делать уже там, внизу, давайте побольше обещаний, говорите, что день победы близок…