— Что вам от меня нужно? — закричал Челадзе. — Забирайте машину и деньги, только не трогайте меня. Умоляю вас, не убивайте меня!
Ему натянули на голову мешок и, связав руки, затолкали его в багажник.
— Кто эти люди и что им нужно от меня? — думал Челадзе, корчась от неудобства в багажнике автомашины.
Сколько они ехали, он не знал. Время для него остановилось в тот момент, когда на его голову натянули мешок.
Машина внезапно остановилась. Щёлкнул замок багажника, и сильные мужские руки помогли ему выбраться наружу.
— Давай, двигай вперёд, — произнёс мужской голос. Челадзе осторожно сделал первый шаг, однако сильный толчок в спину заставил его двигаться быстрее. В какой-то момент он почувствовал, что под ногами прогнулась деревянная лестница, но в следующий момент от сильного толчка в спину он упал на бетонный пол.
Сердце Челадзе учащённо забилось и сжалось от предчувствия большой беды. Кто-то сдёрнул с его головы мешок. Челадзе обвёл взглядом помещение, в котором он находился, и его охватил ужас. Он увидел, что находится в каком-то каменном мешке, в помещении не было ни окон, ни мебели, ничего, кроме двух старых стульев.
Его приковали наручниками к металлической скобе и поставили перед ним кружку с водой.
— Можешь кричать, сколько хочешь, тебя всё равно никто не услышит. Здесь люди не ходят.
— Кто Вы? — закричал Челадзе. — Что Вам нужно от меня?
Мужчина посмотрел на него и, развернувшись, ударил Челадзе кулаком в лицо. Челадзе ударился головой о каменную стенку и сполз на пол. Из разбитого носа и губ потекла кровь. Только теперь он понял, что обратно отсюда он может не выйти. Он завыл как собака, высоко задрав своё лицо. Внутри него всё тряслось от страха. Мужчина, убедившись в том, что пленник закован надёжно, выключил свет и вышел из помещения. Челадзе остался один в этом тёмном и холодном подвале.
Челадзе полулежал на холодном полу, поджав под себя ноги. Он пытался хоть как-то уберечь остатки тепла своего тела. Прикованная к скобе рука сильно ныла от въевшегося в тело металла. Сколько времени он находился уже в этом холодном подвале, он не знал. Время перестало для него существовать уже давно. До него иногда доносились звуки проезжающих где-то автомашин, и он каждый раз вздрагивал при этом в надежде на возможное освобождение.
Он уже давно выпил воду, оставленную ему в кружке одним из мужчин, и сейчас его ужасно мучила жажда и голод. За это время Челадзе передумал многое. Он пытался вычислить людей, которые его заточили в этом подвале, причину, но всё это его пугало ещё больше, так как он не мог ответить ни на один свой вопрос. Судя по тому, что похитившие его люди не скрывали своих лиц, Челадзе решил, что это сделали не местные ребята, из которых он многих хорошо знал.
Вдруг до него донёсся шум автомашины. Шум нарастал с каждой минутой. От этого шума у Челадзе учащённо забилось сердце. Шум двигателя затих, и раздались шаги нескольких человек, спускающихся в подвал. Щёлкнул выключатель, и он невольно зажмурился от яркого электрического света.
Открыв глаза, он увидел, что в подвале, кроме уже знакомых лиц, находится ещё один человек, лицо которого ему показалось знакомым. Челадзе напряг свою память, стараясь вспомнить, где он видел этого человека, от этого напряжения у него заболела голова, однако, как ни старался, вспомнить не удалось.
Мужчина сел на один из стульев и, посмотрев на Челадзе, произнёс:
— Отсюда лишь два пути, один — в Каму, второй — на волю. Ты много сделал плохого в своей жизни, и теперь настало время покаяться.
От этих слов Челадзе стало плохо. По его спине пробежали мурашки, а руки предательски затряслись, выдавая его страх.
— Кто Вы? — спросил он мужчину. — Что Вам нужно от меня?
— Многое, — ответил мужчина, — многое. Для начала я бы хотел от тебя услышать, готов ли ты ради спасения своей жизни расстаться со своими деньгами и имуществом?
— Вот оно что… — подумал Челадзе. — Им нужны мои деньги и имущество. Значит, в их планы не входит убивать меня здесь, в подвале. А это значит, что с ними можно торговаться.
Он сделал паузу и произнёс:
— Что Вас конкретно интересует, я готов обсуждать все ваши предложения. Говорите же!
— Меня лично интересует Ваша пекарня. Моих друзей больше интересует колбасный цех. Они готовы обменять их на Вашу жизнь при Вашем на это согласии.
— А с чем останусь я? — произнёс Челадзе. — Неужели Вы думаете, что можете меня обобрать до нитки?
— Значит, не договорились, — произнёс мужчина и поднялся со стула. — Что ж, я думал, что Вы разумный человек и в состоянии принять правильное решение, однако я ошибся.
Он поправил на шее шарф и вышел из помещения.
В следующую минуту сильный удар резиновой палкой по голове отключил его от реальности.
…Почувствовав, что захлёбывается, он открыл глаза. Напротив него стоял парень, держа в руках пустое ведро. Заметив, что Челадзе пришёл в себя, он снова ударил его палкой по ногам. От резкой боли Челадзе закричал не своим голосом. Из его больших чёрных глаз брызнули слёзы. Следующий удар пришёлся по спине. Острая боль, как игла, пронзила его тело, он застонал и упал в лужу. Парень посмотрел на него и, отложив в сторону резиновую палку, вышел из помещения.
Челадзе упёрся рукой в пол и стал медленно подниматься на ноги. Внезапно он почувствовал под рукой какой-то небольшой предмет, то ли камушек, то ли ещё какой-то строительный мусор. В свете электрической лампы он увидел у себя под рукой человеческий зуб. Он поднял его и стал внимательно осматривать. Страшная мысль прострелила его мозг, и ему стало плохо.
Лобов ехал в машине. Он был недоволен тем, что не смог повлиять на Челадзе и тот отказался принять его предложение.
— Если он в следующий раз откажется от предложения, то его придётся просто убить, оставлять его в живых опасно, — размышлял он. — Игра зашла довольно далеко, и выход из неё лишь один: или он подписывает все бумаги, или в бочку с цементом и в Каму.
Подъезжая к посту ГАИ, Лобов увидел автомашину Шигапова. Он дал команду, и Батон остановил свою автомашину рядом с машиной Шигапова. Из здания поста вышел Шигапов в сопровождении своего нового начальника службы безопасности. Увидев машину Лобова, Шигапов на какой-то миг растерялся и посмотрел на идущего рядом с ним Игоря. Лобов вышел из автомашины и направился навстречу им.
— Здравствуйте, Анас Ильясович. Давно я Вас не видел, даже немного соскучился по Вашим отцовским наставлениям.
— Что тебе нужно? — произнёс Шигапов. — Надеюсь, ты не собираешься сводить со мной счёты? Ты знаешь, Лобов, я ещё до выборов решил, что если стану депутатом, то я больше никогда не буду иметь с тобой никаких дел, ни маленьких, ни больших. Ты должен понять, мы разные люди, я — депутат, а ты — бандит.
Лобов посмотрел на Шигапова недобрым взглядом, отчего у того вдруг заныл больной зуб. Шигапов поморщился от этой боли, чем ещё больше вызвал гнев Лобова.
— Что, Анас Ильясович, боитесь испачкать об меня свои чистые руки? Вы, наверное, уже забыли, как брали деньги из этих самых рук и клялись в дружбе? Сейчас Вы спрятались за спину этого молодого человека и думаете, что он Вас может защитить?
— Ты мне не угрожай, — произнёс Шигапов, повышая голос. — Ты, наверное, забываешь, с кем ты разговариваешь. Да если я только захочу, ты у меня просто сгниёшь в тюрьме. Ты, Лобов, не на бандитском сходняке. Это ты там можешь качать свои права. Если ты хоть раз встанешь на моём пути, я тебя раздавлю. Это я тебе официально заявляю.
Игорь слегка отодвинул Лобова в сторону и пропустил мимо него Шигапова. Тот сел в автомашину и, подождав, когда в неё сядет Игорь, дал команду водителю, чтобы он тронулся с места. Лобов проводил взглядом удаляющуюся автомашину с Шигаповым и, сплюнув сквозь зубы, произнёс:
— Козёл, думаешь, мандатом своим прикроешься от меня? Погоди, придёт время, и ты пожалеешь о том, что так поступил со мной.
Лобов сел в машину. Он принял решение. С этого дня он посвятит всю свою сознательную деятельность мести. Теперь он будет делать всё, что может нанести урон человеку по фамилии Шигапов.