По знаку Кашапова ребята схватили Мингазова и силой затолкали его в багажник старенькой «Волги». Все быстро отъехали от кафе. Выехав за пределы города, машины остановились около обочины дороги. К машине Кашапова подбежал молодой человек и что-то спросил у него. После этого машина с Кашаповым направилась обратно в город, а две другие, свернув с трассы, въехали в лес. Вскоре из леса выехала одна из машин и, набрав приличную скорость, помчалась в сторону Мензелинска.
Мингазов тихо лежал в багажнике старой «Волги». После того как стихли голоса ребят и шум отъехавший автомашины, Мунир попытался развязать связанные шёлковым жгутом руки. После неоднократных попыток ему, наконец, удалось освободить руки.
— Ничего, Ленар, я с тобой разберусь. Ты ещё у меня поплачешь, — подумал Мунир.
Эти мысли добавили ему силы и решительности. Резким ударом плеча ему удалось выбить заднее сиденье автомашины. Превозмогая боль, он протиснулся в салон автомашины. Немного отдохнув, Мингазов попытался открыть двери, однако все попытки не увенчались успехом. В какой-то момент он понял, что не сможет открыть двери, и тогда с силой ударил в заднее стекло, которое от удара вылетело. Теперь он был свободен.
— Ах, вы, суки, — подумал Мунир. — Хотели выдать мою смерть за несчастный случай, не выйдет.
Он представил себе, как утром к машине подъедут ребята, чтобы выбросить его труп. Кто бы стал разбираться по этому делу, если в заключение экспертизы будет значиться, что он скончался от переохлаждения?
Выйдя на трассу, Мингазов быстро поймал попутку и вскоре оказался на окраине города. Пройдя задворками, он оказался около своего сарая. Открыв дверь, он быстро нашел припрятанный среди дров обрез и сунул его под куртку. Теперь оставалось лишь найти Кашапова, чтобы свести с ним уже личные его счёты.
Мингазов хорошо знал, где может быть Кашапов в это время, и, не раздумывая, направился прямо туда. Заглянув в окно дома, он увидел Кашапова, который сидел на стуле и смотрел телевизор.
— Сейчас я покажу тебе настоящее кино, — подумал Мингазов.
Он вытащил из кармана куртки два патрона и, проверив их, вставил в стволы. Он прицелился в Кашапова и нажал на спусковой крючок. Выстрел, словно гром, вспорол тишину улицы. Мунир увидел, как Кашапов упал со стула и стал отползать за диван. Второй выстрел разнёс в щепки стул, на котором тот сидел буквально минуту назад. Пока он перезаряжал свой обрез, из-за угла выскочили два сотрудника милиции, которые, услышав выстрелы, бросились к дому.
— На, суки, получайте, — произнёс Мингазов и выстрелил в одного из работников милиции.
Картечь попала тому в бедро, и он со стоном упал в грязный весенний снег. Второй выстрел он сделать не успел. Выпущенная милиционером пуля попала ему прямо в голову, от чего она лопнула, словно спелый арбуз, разбросав мозги Мингазова по сторонам.
Кашапову повезло второй раз. Выпущенная из обреза картечь застряла у него в ноге, раздробив кость. Раненого сотрудника милиции и Кашапова отправили в Челны, где им в течение ночи сделали операции.
Лобов, выслушав доклад Пуха, остался доволен результатами поездки в Мензелинск. Пуху удалось решить основные задачи — ликвидировать Мингазова и временно устранить из города Кашапова.
— Молодец, Пух, — произнёс Лобов. — Если бы ты ещё избавился от наркотиков, тебе бы вообще не было цены. Ловко ты зарядил Мингазова под Ленара. Было бы вообще хорошо, если бы они перестреляли бы друг друга. А сейчас иди, отдыхай, нужно будет, найду.
Пух словно ждал этого и моментально исчез за дверью. Лобов посмотрел на часы и стал одеваться. Накануне ему позвонил Хромов и попросил его подъехать к нему на работу. Отдав все необходимые указания, Лобов поехал в милицию.
Открыв дверь приёмной, Лобов поздоровался с секретарём и напрямую направился в кабинет Хромова. Судя по лицу, тот очень ждал этой встречи. Он поздоровался с Лобовым и, взяв его под локоть, повёл в комнату отдыха. Войдя в комнату, Лобов обратил внимание, что в углу комнаты стоит небольшой столик, на котором бутылка коньяка и тарелочка с нарезанным лимоном. Лобов сел в кресло и приготовился к разговору.
— Анатолий, у меня к тебе вот какое дело. Насколько я знаю, ты неплохо знаешь Алика из Челнов. Так вот, я хотел бы от тебя услышать, что он из себя представляет. Всё, что есть на него в милиции, я уже знаю. Мне интересно лично твоё мнение об этом человеке.
— Геннадий Алексеевич, я не настолько хорошо знаю этого Алика, чтобы давать ему свою характеристику. Я с ним встречался всего один раз, и он не вызвал у меня каких-то приятных ассоциаций. Могу сказать лишь то, что знаю о нём. Бывший спортсмен, ранее занимался плаваньем. За последний год сумел высоко подняться за счёт своего родственника из милиции. Эти связи дают ему возможность уходить от уголовной ответственности и прессовать другие бригады в городе. Сам Алик — человек вполне вменяемый, но часть его людей, которыми руководит некто Мотор, просто отмороженные. Им всё равно, кого мочить, женщину, ребёнка, старика. Насколько я знаю, сейчас Алик пытается подмять под себя не только сам «КАМАЗ», но и торговлю в городе.
Лобов сделал паузу и посмотрел на Хромова. Лицо его было словно каменное, лишь только двигающиеся на скулах желваки говорили Лобову о том, что перед ним сидит живой человек.
— Геннадий Алексеевич, ты зачем интересуешься этим Аликом? — задал ему вопрос Лобов. — Не собираешься ли с ним сражаться?
— Да нет, Анатолий, — сказал Хромов. — Моё положение не позволяет мне это делать, а так бы удавил, как щенка. Ты представляешь, его бандиты избили женщину, которую я очень уважаю. Я переговорил со знакомыми ребятами, все разводят руками и советуют мне не связываться с этим человеком. Ты знаешь, я ведь не знал о его родственнике, теперь мне всё понятно.
— У меня есть там ребята, которые могут с ним поговорить, но ты знаешь, это не делается просто так, всё это стоит денег. Я думаю, нужно отдать самое малое, чтобы сохранить большее.
— Может, ты и прав, Анатолий. Я об этом подумаю и переговорю с человеком. Я думаю, что я смогу убедить этого человека. Если что, я рассчитываю на тебя, на твою помощь.
— Хорошо. Я всегда готов оказать Вам свою помощь, — Лобов направился к двери.
— Толя, может, махнём по маленькой? — произнёс Хромов и направился к столику.
— Извините, не могу, у меня дела.
Вернувшись в офис, Лобов разыскал Гаранина и пригласил его к себе.
— Костя, вот что. Я сейчас от Хромова, лёд, кажется, тронулся. Нужно ещё раз навестить этот магазин. Директора там сейчас нет, поэтому особо изгаляться не стоит. Так, легко пошуметь и передать через продавцов свои старые требования. Единственно, прошу тебя, будьте предельны осторожны.
— Всё ясно, Фомич. Сейчас свистну пацанов, и сразу же в Челны, — ответил Гаранин.
— Вот что, Костя. Пусть кто-нибудь из ребят прогонит в отношении Мотора, думаю, лишнего не будет.
Гаранин молча кивнул и вышел из кабинета.
Через час Гаранин и с ним ещё два человека уже были в Челнах. Выбрав момент, когда в магазине практически не было покупателей, двое молодых людей вошли в магазин. Молодые люди прошли вдоль прилавков магазина. Судя по их внешнему виду, это были не покупатели. Первой об этом догадалась одна из продавщиц.
— Молодые люди, — обратилась она к ним, — вы будете покупать или нет? Что вы мотаетесь по магазину?
— Мотор, по-моему, эта курица обращается к нам? Ей не нравится наше присутствие в магазине, — произнёс один из парней, обращаясь к своему товарищу.
Молодой человек, которого его товарищ назвал Мотором, медленно направился к продавщице. Подойдя к ней, он поинтересовался:
— Где директриса? Пусть выйдет, нужно поговорить.
— Директора нет, она в отпуске, когда будет, я не знаю, — ответила продавщица.
— А что ты вообще знаешь? Кто сейчас вместо неё? — спросил её парень.
Продавщица, взглянув на напарницу, громко крикнула:
— Фая, позови Клаву, скажи, что её здесь ждёт молодой человек.