Она вытянула шею, вглядываясь.
— Боги, Мэри. Это моя стража! А я всё гадала, куда они подевались — в особняке их не было видно. Ужасно! Кто бы ни приезжал на этот остров, не пройдёт и недели — становится расхлябанным ленивцем.
— Но только не ты?
— Но только не я.
Мэри тепло улыбнулась, откинув со лба волосы, которые настырно лезли в глаза.
От её взгляда не укрылось, как два бравых стражника с севера, которых она и сама уже смогла как следует разглядеть, заигрывали с дамами, и как те смеялись над их шутками. Или же их так веселило то, насколько красной сделалась кожа мужчин за время, проведённое здесь — местами она слезала так сильно, что напоминала лук.
Один из них потянулся к цветнику, ловко сорвал маленькую немезию и протянул даме. Та зарделась, принимая дар. По её глазам было видно — этот цветок стоил сейчас дороже любого золота.
Мэри мечтательно вздохнула.
— Что за пошлость, — проговорила Гуэн, даже не пытаясь скрыть отвращения в голосе.
— Это же любовь, — искренне возмутилась Мэри. — Роман! Может, он позовёт её замуж. Заберёт с собой на север! Ещё побываешь на их свадьбе. У неё будет венок из немезий, кафтан, отделанный мехом. А после у них родятся ребятишки и младшенькую назовут в честь этого цветка. Ах! Какие чувства!
Гуэн цокнула, обозначив тем самым окончательную потерю интереса.
Мэри же какое-то время наблюдала за маленькой развернувшейся историей.
Медленным прибоем то набегали, то расходились люди. Чем ближе было к вечеру, тем больше свободы читалось в их лицах. Окончив работу, они принимались тратить время на себя.
Кто-то просто отдыхал, любовался предстоящим закатом — небо медленно окрашивалось в сливовый цвет.
Кто-то поглаживал пухлую рыжую кошку, почёсывая прямо за ушком. Та совершенно не церемонилась — ластилась и урчала, выпрашивая не только ласку, но и кусочек свежей рыбки.
Кто-то — в основном, старики — садились прямо у домов. Доставали курительные трубки, жгли табак. Дымили и играли в расписные камушки — настольную игру, привезённую моряками с юга.
Кто-то развешивал на нитях свежестиранные платки да сорочки. Кто-то играл на дудочке. Кто-то пускался в пляс.
Город жил.
Умиротворённое течение мыслей Мэри нарушил топот.
Босые плоские лапы расторопно шлёпали в сторону девушек. Маленькое создание спешило к ним, упёрто расталкивая все препятствия. Люди ойкали, но, завидев его, тут же отстранялись, даже не думая мешать.
Ростом примерно с метр, с непропорционально большой головой и ногами, крючковатым носом и маленькими, широко сидящими глазками.
Создание остановилось.
Небольшая атласно-бордовая шляпка слетела с головы. Оно принялось тяжело дышать, хватаясь жёлтыми слоистыми ногтями за круглый живот и сипя.
— Хоба тут! Уф… Прибежал! Хоба бежал-бежал и прибежал!
За время вольной жизни здесь его язык стал несколько лучше, но понимать приходилось с трудом — из-за того, что он то хрипел, словно столетний старик, то квакал.
— Ох, Хоба, ты куда так спешил? — Мэри встала с места и присела на корточки. Края её платья опустились на землю.
Сбоку тут же раздалось цоканье.
Мэри подняла головной убор своего необычного знакомого и водрузила обратно на почти лысую макушку. Хоба признательно лыбился. Его острые короткие зубы выстроились в несколько рядов, а оливково-зелёная кожа заметно заблестела от пота. Он смахнул его со лба тыльной стороной ладони и потёр ту о маленькие штанишки на подтяжках — единственный предмет одежды на нём, помимо вышеупомянутой шляпки.
— Хоба спешил! Хобе сказали: «срочно»! И вотана я — тута!
Он раскинул в сторону руки, а после принялся нервно теребить одну из подтяжек, переминаясь с ноги на ногу. Песок облепил его взмокшие ступни, цепляясь грязевыми пятнами. Хоба потянулся мизинцем с самым длинным и тонким ногтем к носу и бездумно поскрёб его.
Гуэн тут же сморщилась в праведном отвращении. За всё лето она так и не смогла привыкнуть к Хобе. Мэри же взволнованно вглядывалась в его морду.
— Что-то случилось? Кто тебя попросил найти меня?
— Случилось. Случи-и-илось! Хоба там не был. Но Хоба всё слышал!
— Я же говорила, что он подслушивает! Мне не показалось в тот раз! — возмутилась за спиной Мэри Гуэн.
— Хоба из добра! Чтобы знать и помочь, коли что! — защищался он, хлопая себя по бокам.
В своих словах тот был явно уверен. Но и Гуэн совсем не собиралась сдаваться.
— Помочь? Ты? Да как ты…
— Успокойтесь, пожалуйста, — вклинилась Мэри. Леди Вербер нахмурилась, но временно замолкла. — Хоба, если срочно, то говори, что стряслось, или сразу идём в дом.