Карро с Асторией смотрели друг на друга не больше секунды — пока он резко не отвернулся. Натаниэль, тем временем, скабрезно разулыбался.
— Это даже мило. Трогательно. То, как она старается. Думаю, её невероятно задевает тот факт, что такой, как ты, не замечает интереса такой, как она.
— Сношай её муж хорошенько, не задевало бы.
— И то верно.
Солнце почти село.
Приятная прохлада окутала всё вокруг. Вместе с постепенно чернеющим небом, в непроглядную тьму погрузился и океан.
На корабле свет зажигали лишь в нескольких местах, и редкие жёлтые пятна не могли разогнать темноту.
Одно из них, маленькое и юркое, вновь вспыхнуло неподалёку от Карро — Натаниэль закурил. Снова.
Терпкий запах табака наполнил нос и Карро сплюнул, силясь избавиться от навязчивого привкуса во рту.
— В любом случае, ривер я тебе раскрыл. Ставить или нет — твой выбор. Но если всё же она пойдёт в атаку, то, будь добр, прихвати мне хоть что-нибудь. Похлёбка местного кока меня доконает…
Карро сбило с толку так много незнакомых слов, и он бездумно кивнул, соглашаясь, скорее, с тем, что кормят здесь и правда прескверно.
Ступит на землю и век не будет прикасаться к рыбе.
За спиной послышался перезвон украшений.
Когда надвигающийся ночной холод прогнал с палубы юную госпожу, Карро пришлось признать:
— Ну задница у неё ничего.
— На мой взгляд, ноги коротковаты, но с твоим замечанием соглашусь.
Они замолкли прежде, чем к ним подоспел Басхим.
В отличие от Натаниэля, старпом не обладал навыком подкрадываться столь незаметно. Наоборот, шаг его был торопливым и громким.
— О чём беседу ведёте?! Опять отлыниваете от работы! — он с подозрением уставился на своих подчинённых.
— Да так, обсуждали местную фауну, но уже заканчиваем, достопочтенный сэр! — Натаниэль кивком указал за борт.
— А ты мне тут не подхалимничай, фассих! — выругался он на родном языке. С этими словами Басхим бесцеремонно растолкал Карро и Натаниэля, чтобы оказаться у борта и оглядеть акулу.
Воспользовавшись моментом, Карро поспешил уйти. Натаниэль, не будь дураком, тут же последовал его примеру.
***
После случился шторм.
Та ночь выдалась самой сложной из всех.
Капитан, казавшийся до этого момента кротким, басом раздавал уверенные команды, изо всех сил стараясь вытащить каравеллу из объятий стихии.
Корабль, казавшийся до этого Карро огромным, сейчас был похож на щепку, которую носили бушующие волны. На небе сгрудились тучи. Оно трещало и выло, силясь сорвать паруса с мачт и проглотить их без остатка.
Молния разрезала небо. С каждым её всполохом адреналин подскакивал всё выше. В висках билось одно слово.
Опасность.
А за ней обрушивался страх — Карро, не знавший таких путешествий, живший там, где никто не ходил морем, не просто не умел плавать; он совершенно не представлял, как победить врага, который окружил тебя со всех сторон.
Врага, не имеющего ни тела, ни мыслей.
Врага, который не мог оступиться. Допустить осечку.
Врага, что лишь дребезжал мрачной чернотой и леденящими валовыми волнами обрушался на палубу.
Бечёвка жалобно скрипела, но её стон не был слышен — он тонул в грохоте неба, криках моряков, звуках бухающего от паники сердца.
Ты не должен бояться.
Ты воин, любые трудности закаляют.
Он старался вспомнить лицо Артрувики. Голос. То, как она это произносила. Как двигались её губы.
Всегда убедительно. Так, что он не мог не верить. Просто не смел. Но её образ, звук голоса и запах беспроглядно исчезали в обрывках воспоминаний.
И всё же…
Не бояться.
Эти слова звучали в его голове снова и снова.
Схватив руками канат, путаясь в вантах, Карро затянул узел. Почти всё вокруг поглотила темнота. Единственным светом, который замечали глаза, были вспышки молний посреди океана. Океан глотал корабль и вновь выплёвывал, то утягивая в пучину, то подкидывая на волне.
Каравелла сильно накренилась — так, что канат дёрнулся вверх, обжигая ладони. Карро изо всех сил схватил его, упираясь ногами в мачту. Едва удерживая равновесие и болтаясь, словно поплавок, он всё же справился с узлом.
Старался расслышать команду капитана, но так и не смог.
Матросы кричали на своём языке. Все они были опытными моряками, но сейчас на их лицах читались только страх и растерянность.
Карро понимал, что, даже умей он плавать, если упадёт сейчас за борт — помрёт от силы удара. Или где-то там, под толщей воды, его тело разорвала бы акула.
Льдом пронизывал ливень. Или то были брызги океана. Не разобрать.
Удерживаться на ногах становилось всё труднее — настолько, что в какой-то момент Карро почти вывалился за борт. В последнюю секунду его ухватили за плечо.