Автомобили тронулись и исчезли в пыли.
Около самолета остались три человека из команды и вокруг них человек двенадцать полицейских и жандармов. Совсем мало осталось и зрителей.
Среди них Юзик увидел и Максимку.
— Интересно посмотреть, что будет дальше, — сказал Юзик. — Куда они поехали, и что эти будут делать?
Максимка уже знал из разговоров, в чем дело.
— Пассажиры — сказал он — поехали на станцию и оттуда поедут по железной дороге. Ехать недалеко. А механик поехал за новой частью для машины. Эти будут ждать его, а потом починят и улетят. Подождем и посмотрим, как они полетят.
Совсем стемнело. Публики осталось совсем мало, в основном молодежь и дети. Жандармы все более решительно наседали на них.
— Чего вам? Насмотрелись. Хватит! Пора расходится!
Но тем очень не хотелось идти. Они отошли подальше и смотрели издали.
Время шло, а изменений никаких не было. Команда спряталась в своей каюте, охрана расположилась вокруг. Вот уже и все зрители разошлись; остались только Юзик и Максимка.
— Пойдем, что ли? — промолвил Максимка. — Может так вся ночь пройдет?
— Еще немного подождем.
Шагах в пятнадцати-двадцати от самолета росло несколько кустов. За ними и скрылись ребята. Ночь была теплая, но очень темная. В этой темноте неясно определялись смутные очертания огромной сказочной птицы. Ребята смотрели на нее, и им припоминались различные фантастические байки, что приходилось им слышать.
Жандармы принесли с имения дров и развели костер. Заблестели металлические части самолета, но зато те части, к которым не доходило свет, еще более скрылись в темноте.
Двери кабины-вагона остались открытыми. Черная дыра влекла к себе…
— Слушай! — дрожащим голосом прошептал Юзик.
— Я попробую подползти и пробраться в эти двери.
— Куда ты? Следят!..
— Можем улучить удобный момент. Команда в своем помещении, а вагон пуст.
Сердце забилось сильнее у парней. Рискованно, но возможно… Особенно, когда разожгли костер. Большинство стражи сидела у огня и только время от времени обходила вокруг самолета. Некоторые даже начали дремать!
Ребята стали дрожать, словно от холода… Сон отлетел совсем. Возвращаться домой уже не думали. Удастся или нет, но теперь уже сидеть и ждать есть смысл.
— Если что, прошептал Максимка, — Так я в тот момент покажусь с противоположной стороны и обращу их внимание на себя.
— Драться будут.
— Ради такого случая стоит и потерпеть. Привыкли.
И парням вспомнился допрос…
Юзику захотелось обнять и поцеловать Максимку. Но для «мужчин» это было неприлично.
Для обоих ребят было понятно, что попытку улететь должен сделать Юзик, а не Максимка. Ведь Юзик хочет увидеть своего деда и давно «собирается» туда, а Максимка чего?
В течение нескольких часов ребята были в напряженном состоянии. Несколько раз наступал момент, когда, казалось, можно уже попробовать, но каждый раз то одно, то другое мешало.
А тем временем приближался конец ночи. Было уже часа два после полуночи. Вот по шоссе затарахтел автомобиль. И охрана, и ребята вздрогнули.
— Ближе, ближе… Останавливается… Значит, сюда.
Услышала и команда, вылезла из каюты.
Внимание всех было сосредоточено на приезжих…
Момент настал!..
— Валяй! — шепнул Максимка.
Юзик выполз из куста.
Но не успел продвинуться и на пару шагов, как услышал крик:
— Кто здесь? Куда?
Юзик вскочил и бросился назад за куст. А в этот самый момент сорвался с места Максимка и побежал на глазах у всех мимо костра.
Жандарм, что заметил Юзика, бросился за Максимкой. Прочие же люди, конечно, не могла не посмотреть туда.
Мало нашлось бы людей, которые бы могли подумать, что это побежал второй парень…
Юзик сообразил, в чем дело, и снова ринулся вперед, уже не обращая внимания, видят ли его или нет.
Через минуту он лежал в кабине под лавкой и с ужасом ждал, что будет дальше. Никакого особого переполоха снаружи не было. Что же тут удивительного, если сунулся деревенский мальчишка, наверное, пастушок, что пас коней?
Прошла минута — другая, и Юзик убедился, что на этот раз его не заметили. А что дальше будет— другая вещь. Только вот сердце и виски так стучат, что люди могут снаружи услышать. Юзик даже сжал руками грудь, чтобы удержать этот стук.
Затем в течение двух часов слышался ремонт, стук молотков. Потом ужасно загрохотал и затрясся весь самолет. Опять притих: видимо, испытывали. Потом затрещал автомобиль, и самолет зашевелился и пополз по земле, медленно неуклюже: это тащили его на шассе, откуда подняться легче.