– Госпожа, – перебила ее Ирвелин, – могу ли я попросить вас об одолжении?
– Разумеется, – с участием закивала администратор.
– Детектив Харш настоятельно попросил меня дождаться его. Но уже поздно, мне надо домой. Передайте детективу, что я буду у себя дома, на Робеспьеровской. Пусть по возвращении они позвонят мне или вышлют патруль… Не знаю, как у вас принято.
Девушка расцвела, с воодушевлением хватаясь за ручку:
– Все передам. Обязательно передам. Как только детектив Харш переступит порог, тут же кинусь к нему и…
На восточном берегу столицы было тихо, но стоило Ирвелин перейти реку, как она сразу попала в плотное течение из вышедших на улицы граффов. Улица Сытых голубей кишела людьми, которые взволнованно глядели по направлению к Мартовскому дворцу и без остановки переговаривались. Ирвелин сразу же все поняла. На этот раз утаить кражу Белого аурума у королевства не получилось.
Несмотря на холод и метель, граффы, кто в шубах, а кто в подпоясанных халатах, переполнили все центральные улицы, левитанты заняли позиции на крышах, а женщины с любопытными детьми стояли на балконах. До сих пор столько народу Ирвелин доводилось видеть только в День Ола.
«Дворец оцеплен, посторонних внутрь не пускают».
«Да что там дворец, закрыты вся фонтанная площадь и королевские сады!»
«Я слышал, что похититель – отражатель с Зыбучих земель».
«Да нет же! Говорят, это эфемер с крапивного озера».
«А я слышал от племянника, телефониста на службе у короля, что Белый аурум уже найден».
«Ерунда! Такую новость бы сразу обнародовали…»
Ирвелин шла по Скользкому бульвару и собирала шлейф из городских сплетен. Толпа перед ней медленно и неуклюже расступалась, продолжая жадно смотреть вперед.
«Я потерял свою ипостась! Я потерял свою ипостась! Я не могу взлететь!»
«Меньше яичной настойки надо пить, Ситто, и ипостась вернется…»
«Друзья, главное сейчас – не создавать панику…»
«Какой же нынче холодный ноябрь».
«Будет куда холоднее, если Белый аурум исчезнет…»
Свернув наконец на относительно свободную Робеспьеровскую, Ирвелин зашагала быстрее. Терзаемые беспокойством граффы здесь не задерживались и шли дальше, на улицу Левитантов, чтобы быть ближе к месту событий. Узенькая улица Доблести, каменные скульптуры Банковского переулка, и впереди Ирвелин увидела родной красный кирпич. В районе дома номер 15/2 было пусто. Ни толпы, ни беготни. Ирвелин подошла ближе и обратила взгляд выше, в окно своей гостиной. Окно было темным, как и все окна вокруг, но что-то в нем Ирвелин не понравилось, а через мгновение она поняла, что именно. Краем глаза она уловила какое-то мимолетное движение – там, в темноте, за немым стеклом. И вот снова. Ирвелин оглядела улицу. Может, это свет от фонаря? Или на ее окна падает тень от дома напротив?
Движение повторилось вновь.
– Здравствуйте, госпожа Ирвелин!
От звона детского голоса девушка подпрыгнула. Опустив взгляд, она увидела Жину, десятилетнюю девочку с четвертого этажа. Ее длинная коса вылезла из-под шапки и до самого кончика покрылась снегом.
– Вы идете к Мартовскому дворцу? Слышали, Белый аурум украден! Моя семья уже там, на проспекте Великого Ола.
Блестящие от восторга глаза девочки освещали не хуже фонаря.
– Да, Жина, я слышала. Возможно, я тоже дойду… позже.
– Тогда до встречи, госпожа Ирвелин!
Не уступая в скорости автомобилю, девочка устремилась вдаль, оставляя после себя сноп из придорожного снега. Юный эфемер.
И тут Ирвелин осенило. Она подняла голову наверх. Там, во тьме, она видела движение эфемера! Не отводя взгляда, она быстро спряталась за ближайшей скамейкой.
Нильс снова проник в ее квартиру, только теперь он действовал скрытно. Хотел поймать Ирвелин в западню? Скорее всего. Или хотел самолично провести обыск ее квартиры на предмет живой куклы?
Рассуждения Ирвелин прервало новое движение: в гостиной заколыхались занавески. Пригнувшись пониже, чтобы оставаться незамеченной для Нильса, Ирвелин неморгающими глазами смотрела сквозь узкие доски скамьи. Подол ее пальто утонул в снегу, руки примерзли к перекладине. Когда занавеска колыхнулась вновь, Ирвелин разглядела не одну, а две фигуры, неспешно перемещавшиеся в темноте комнаты. На одной из фигур она отчетливо разглядела длинное одеяние, похожее на плащ Нильса. Вторая фигура была чуть ниже, с плавными линиями у плеч и шеи, с тонкими руками… Второй фигурой была женщина. Незваные гости перешли от одного угла комнаты к другому, и их очертания скрылись за кирпичной стеной.