Графф протянул к подбегающим к нему девушкам руку и почти сразу убрал ее, осознав, что положение для условностей не самое удобное. Ирвелин вспомнила младшего помощника детектива и кивнула Мире, и они влетели в крохотных размеров кухню, дверь которой придерживал для них Чват.
– Какой сейчас день? – вдруг спросил у них Чват. Увидев растерянные лица девушек, он торопливо пояснил: – Я пришел сюда, чтобы допросить господина Кроунроула. Он меня напоил какой-то странной водой, а потом – темнота. Ничего не помню. Как оказалось, я уснул, а разбудили меня звуки из той комнаты, откуда вы выбежали. Я довольно долго подслушивал под дверью, стараясь разобраться…
Ирвелин прервала его сбивчивую речь:
– Господин Алливут! В комнате, откуда мы вышли, есть хозяин этой квартиры. Филипп. Он в белой рубашке. У него есть ключ.
Чват посмотрел в конец коридора.
– Понял вас. Укройтесь здесь. – Он неуклюже побежал в указанном направлении.
Кухня у Филиппа была с мизинец. Шкафчики из грубого дерева занимали собой все узкое пространство; на одном из них Ирвелин нашла графин, полный воды, и они с Мирой залпом осушили его. У Ирвелин сердце колотилось так, будто бы играло на барабанах сольную партию, а Мира на удивление была спокойной и какой-то задумчивой.
– Спасибо тебе, – сказала ей Ирвелин. – Спасибо, что придвинула тот диван.
Мира посмотрела на нее так, словно не ожидала, что в этой маленькой комнатке мог быть кто-то помимо нее.
– Это вышло случайно. Я не думала, что у меня получится сдвинуть настолько тяжелую вещь так быстро. – И она стала разглядывать свои руки, словно где-то на ладонях была высечена причина ее вдруг возникшей силы.
– Все равно спасибо, ведь если…
Бах-х!
Жуткий грохот заполонил слух. Ирвелин и Мира подскочили.
Бах-х-х!
Кто-то пытался проломить парадную дверь.
Бах-х-х-х!
Дверь сошла с верхних петель и рухнула в коридоре.
Ирвелин уже не знала, чего ожидать. Она приготовилась к созданию отражательного барьера, чтобы защитить себя и Миру от новой угрозы. Но не успела она начать, как на кухню вбежал запыхавшийся, с огнем в глазах Ид Харш.
Детектив молча переводил взгляд с одного перепуганного лица на другое. За его спиной Ирвелин увидела желтых плащей, прорывающихся внутрь через пыльную дыру.
– Где Белый аурум?
Ирвелин ответила машинально:
– Он в библиотеке. Последняя дверь справа. Там двое наших друзей и трое неприятелей. Туда же направился ваш помощник по имени Чват.
Выслушав ее, Ид Харш резким движением вынул что-то черное из кармана шинели, и Ирвелин попятилась. Она знала, что детектив вынул не что иное, как наручники. Однако на этот раз интуиция подвела ее. Харш прижал ко рту черную рацию и скомандовал:
– По коридору, последняя дверь справа! – Он опустил рацию и обратился к девушкам, забыв при этом сменить командный тон: – А вы закройтесь здесь и ждите. Не выходить. Ведите себя как можно тише.
Не успели они дать согласие, как Ид Харш выпрыгнул в коридор. Дюжина граффов (не меньше!) табуном рванула за ним.
Ирвелин не откладывая затворила дверь. От топота десятка ног кухонные навесные шкафы затрясло.
Ждать им предстояло долго, и время ожидания Ирвелин посчитала нужным наречь «до крайности отвратительным». Мучаясь от неизвестности, они стояли каждая в своем углу и прислушивались к малейшим звукам. Мира так и норовила умчаться обратно в библиотеку (что Ирвелин изумило, учитывая ее поведение в начале переполоха) и в самый последний момент передумывала. Несколько раз им удалось расслышать чей-то бег по коридору, резкие хлопки, далекое эхо грозных команд Ида Харша.
Ирвелин надеялась, что с Филиппом и Августом все хорошо. Желтые плащи нагрянули весьма вовремя. Но откуда плащи узнали про квартиру Филиппа и Белый аурум в ней? Неужели господин Сколоводаль даже ночью стоит на посту?
Спустя час душевных пыток Ирвелин решила себя отвлечь. Все-таки они находились на кухне, где можно было перекусить или попить чаю. Горячие напитки всегда Ирвелин успокаивали, придавали сил, отрезвляли напряженный ум. Только никакой пристойной еды на кухне Филиппа ей найти не удалось, большинство шкафов оказались пустыми. Из нижних ящиков Ирвелин вынула три жестяных банки с затвердевшими крупами и со вздохом поставила их обратно.
– Филипп не балует себя припасами, – отозвалась Мира, которая до этого молча наблюдала за передвижениями Ирвелин.