Возле новенькой лежала фарфоровая кукла. По виду она была вполне обыкновенной, но он знал, что зрение – главный предатель среди чувств, способный разглядеть лишь притворство. Он коснулся руки куклы, настолько тонкой, что при желании ее можно было бы обхватить и пальцем.
Как много мыслей скопилось сейчас у него в голове. Он верил, что после стольких поражений ему улыбнулась вожделенная удача. Сгорая от волнения, он поднял взгляд на новенькую. Ее красивые глаза не выдавали и капли страха перед ним. Она смотрела на него ровно, на грани едкого, как дым, равнодушия, что любого другого граффа могло бы оскорбить, но не его.
Он замер в ожидании ее вердикта, и, когда тонкая рука куклы чуть шелохнулась, новенькая вполголоса произнесла:
– Удалось.
Конец первой книги