Елена Ивановна пребывала в весьма расстроенных чувствах.
— Ну не переживай ты так, — утешал жену Виталий Иосифович, — Равшан все сделает, ничего страшного, это всего лишь деньги, выкрутимся.
И Елена Ивановна согласилась, да, конечно, страшного ничего, и улыбка осветила ее славное лицо, и...
А Равшан тем временем отыскал бригаду, которая, по их словам, специализировалась как раз по решению таких проблем: доставала застрявшие насосы.
Приехали два мужика с набором труб, свинтив которые можно было добраться до «Малыша». Добрались и — ничего нового, били-били — ни в какую. Попутно оторвали кабель, так что наверх от насоса выходил только шланг. Взяли скромную — за вызов — плату, вытащили свои трубы и уехали.
Тем временем началось развитие сюжета в альтернативном направлении: Елена Ивановна пошарила по Интернету и вызвонила бурильщиков, которые согласились пробурить новую скважину.
Эта скважина, в трех метрах от прежней, была роскошной. Диаметром 133 мм против 114 мм старой, да внутрь стальной трубы ребята засунули пластиковую для отсечения возможной ржавчины, да пробурили на три метра глубже, пройдя насквозь известковую плиту. И вот, прокачав эту красавицу до прозрачной воды, буровики обменяли бумажку под названием «Паспорт скважины на воду для хозяйственного водоснабжения» на девяносто тысяч рублей и уехали.
Зато приехал Равшан и подключил воду к дому и душу. И вот — настало счастье: вода горячая, вода холодная, хоть залейся.
А на следующий день выяснилось: никуда эта вода не годится, она только кажется чистой и прозрачной, а постояв час-другой, насыщенная железом и еще какой-то дрянью, она желтеет и мутнеет.
Елена Ивановна еще пуще расстроилась — и тут следует продолжение первой сюжетной линии — это о том, как достать насос из старой скважины. Очухавшись от удара, нанесенного железной водой, Елена Ивановна снова нырнула в Интернет и отыскала московскую фирму, рекламирующую свои услуги по извлечению застрявших в скважинах насосов: новейшее оборудование, специальные устройства для захвата, закачка реагентов для смазывания стенок трубы, чтобы застрявшие в ней предметы скользили как по маслу... Ну и так далее.
— Тридцать тысяч, если вынут насос, — сказала Елена Ивановна и вопросительно посмотрела на мужа.
— Тридцать так тридцать, — согласился Виталий Иосифович, постеснявшись спросить, сколько этих тысяч, если не вынут.
В назначенный день приехали два парня. Новейшее оборудование оказалось набором пластиковых труб. Правда, была у них и камера, которая позволила определить положение насоса: он засел так прочно, потому что между его корпусом и стенкой трубы был зажат обрывок кабеля. Провозившись часа три, высокотехнологичная команда уехала, получив пять тысяч за беспокойство.
А Елена Ивановна вновь обратила свои мысли к новый скважине (мы опять во второй сюжетной линии). Ну как же могла измениться вода всего в трех метрах от прежнего места? Старая-то скважина дает отличную воду. Может быть, дело в глубине? Ведь новый водоносный слой на три метра глубже. А что, если эти три метра засыпать, чтобы вода поступала в скважину из того слоя, что повыше? В результате долгих переговоров с буровиками Елена Ивановна своего добилась: они приехали, и скважина стала на три метра мельче. Даже денег не взяли. А вода? Вода какой была, такой и осталась.
Казалось бы, все возможности исчерпаны. Надо смириться. Мыться водой железной, а внутрь употреблять воду из старой скважины, тонкий ручеек которой не иссяк.
Так бы и жили супруги в «Веселой пиявке», когда бы муж многоопытный, друг, нареченный Равшаном, множество гитик в строительном деле постигший, с этим смирился, в беде Затуловских оставив.
Однако не таким был Равшан. Его творческая мысль производила на свет все новые и новые идеи. Отыскав какой-то старый «Малыш», он принялся тренироваться на нем, изобретая различные способы за него зацепиться, но не бить по нему, пытаясь сдвинуть с места, а, напротив, сразу же тащить наверх.
Сначала он приварил к трубе специальную головку, а к ней — сверло-метчик. Опустив свинченные между собой трубы с этой головкой на конце в скважину, он попытался ввинтить в корпус насоса это сверло в сочетании с метчиком, чтобы потом вытягивать насос.
Сверло тут же сломалось.
Тогда Равшан пристроил к головке два шипа из закаленной стали, которые можно было при повороте ввести в ушки на корпусе насоса — обычно в эти ушки просовывают тросик. И, о чудо! — эта затея удалась: шипы вошли в ушки и намертво там закрепились. Чтобы тащить насос наверх, Равшан сварил из найденного у Затуловских железного хлама сооружение, похожее на виселицу или футбольные ворота — кому что нравится. Установив это чудовище над скважиной, он закрепил на нем лебедку и начал потихоньку вращать ручку. Усилие было огромным, ручка лебедки едва поворачивалась — так можно было вытянуть КамАЗ из болота. Насос не покорился: кррряк — и трос обвис. Отломались ушки? Ведь по ним столько раз били ломом.