- Интересно, а я думала, что в этой группе не знают немецкого, оказывается, проблема в другом.
Половина из присутствующих намека так и не поняла, а оставшиеся были чересчур подавлены, чтобы заставить себя говорить. Все же самый умный мальчик нашего потока (правда их всего было два, но это не столь важно) поднял руку, но прежде, чем он успел произнести слово, ОНА снова вмешалась:
- Вы где находитесь?
- На стилистике.
- На каком языке она преподается?
- На немецком.
- Если предмет читается на немецком языке, будьте добры вести себя так, как это делают студенты в Германии.
Мы все еще не понимали. ОНА осмотрела аудиторию и, не встретив ни одного понимающего взгляда, да и ни одного взгляда вообще, так как мы разглядывали парты, пояснила:
- Если вы хотите что-то сказать, просто говорите это. Нечего устраивать здесь детский сад с посекундным поднятием рук и смотреть на МЕНЯ как подопытные кролики на удава. Кстати, вы знаете слово подопытные кролики?
Тишина.
- Кто не знает, как переводится выражение «подопытные кролики»?
Тишина.
Далее последовала совсем неприятная процедура: ОНА по очереди спрашивала у каждого перевод слова и не получала ответа. Ведь МЫ не знали, что такое «подопытные кролики», а признаться в своем невежестве такой преподавательнице было стыдно, поэтому каждый подумал, что после пары он обязательно заглянет в словарь. Безуспешно пытаясь добиться от нас хоть слова, ОНА записала это выражение на доске, потом перевела его на русский. Снова посмотрев на нас, ОНА вскипела, хотя судить об этом можно было весьма условно, так как ни одна ЕЕ эмоция не отражалась на лице. Итак, ОНА вскипела:
- Что вы сидите, сложа руки? Если вы не знаете перевода, а вы его не знаете, берите тетради и записывайте. Кстати, как переводится «сидеть, сложа руки»?
Кто-то пискнул на русском, что мы не знаем.
- Значит так. Дисциплина читается на немецком, поэтому в течение пары здесь не должно быть произнесено ни одного слова на любом другом языке. Если для вас составляет труд выражать свои мысли на немецком, можете встать и покинуть помещение, а потом, скорее всего, повторить курс заново. Записывайте перевод. Ну и, вы сегодня начнете отвечать?
Мало помалу мы стали заставлять себя произнести хоть что-нибудь. Очень медленно беседа завязывалась, хоть мы по привычке и тянули руки. Мы обсудили все составленные нами словосочетания, постарались рассмотреть их с позиции стилистики и вывести общее определение слова «стиль». И в этот момент, когда дефиниция почти была готова, случилось непоправимое: у одной из студенток зазвонил мобильный. Старшие курсы предупреждали нас, что ОНА это просто ненавидит и никогда не упустит возможности поиздеваться над «счастливчиком». Итак, легендарная преподавательница внешне совершенно безразлично изрекла:
- Вы у нас министр или, может быть, президент, чтобы всегда быть на связи? (Кто не знает, что такое «быть на связи», записывайте перевод).
Студентка извинилась и обещала, что такое больше не повторится. Но ТА, однако, продолжала:
- Вы интересуетесь футболом?
- Нет.
- Зря. Кто может сказать, за что дают в футболе желтую карточку?
Самый умный мальчик снова решил блеснуть эрудицией и объяснил, что такая карточка дается проштрафившемуся игроку.
- Сколько карточек можно получить до удаления с поля?
- Две.
- Имейте в виду, одна карточка у вас уже есть.
Всех передернуло.
- Интересно, в этой группе никто не понимает шуток?
Мы оценили ЕЕ остроумие, но никто не рискнул улыбнуться. Однако в следующий раз, когда мы приняли ЕЕ слова за шутку и заулыбались, последовала долгая тирада на тему: если мы посещаем ЕЕ занятия только ради развлечения и для нас ОНА лишь играет роль клоуна, мы можем покинуть аудиторию и вообще туда не возвращаться, а еще лучше – не возвращаться в университет после академа.
Так прошла пара, самая долгая пара в моей жизни, а когда прозвенел долгожданный звонок, мы даже не смели шелохнуться. Студентка, которая отвечала на заданный вопрос, видя, что ТА ее не останавливает, продолжила свои размышления на тему. ОНА подождала несколько минут, а потом заметила: