Но на мужа нечего уже было надеяться: он повсюду встречал «неудачи». Анна Петровна задумала действовать сама и добраться до 4-го класса посредством своей дочери. Иван Иванович согласился с нею, что это тоже очень хорошее средство.
— Твой начальник, я слышала, ищет богатой невесты? — сказала она.
— Да! ищет; он теперь в большой силе, — сказал он.
— Наша Олинька была бы ему как раз впору, — сказала она.
— Да! мы могли б покамест дать за нею пятьдесят тысяч дохода, — сказал он.
— Но дочь была бы превосходительная, а мать нет: это нейдет!.. — сказала она.
— Да! это нейдет!.. — сказал он.
— Но ежели он в большой силе, то ему немногого стоило б вывести нас тоже в превосходительные?.. — сказала она.
— Да! конечно; на то есть разные законные средства, — сказал он.
— Зачем же ты по сю пору не употребил их? — сказала она.
— Были, душенька, законные препятствия к моим успехам по службе, именно «неудачи», — сказал он.
— Предоставь же это мне! — воскликнула Анна Петровна с жаром. — Ты ни к чему не способен. Я покажу тебе, как надо служить. Я слажу это дело.
И она сладила. При пособии двух тетушек, четырех своячениц, трех двоюродных сестер и одной кумы заключен был с начальником Ивана Ивановича формальный трактат на следующих условиях, изображенных ясным, прочным, чистым канцелярским слогом, ибо его превосходительство не верит никакому другому слогу, «ныне учеными употребляемому».
Трактат
I
«Начальник его, Ивана Ивановича, сочетается браком с дочерью ее, Анны Петровны, по имени Олинькою, немедленно после выпуска оной из института и получит от родителей ее, Олиньки, в счет приданого, шестьдесят тысяч рублей годового дохода тотчас, остальную же часть оного — даст бог! — по кончине реченных родителей оной Олиньки».
II
«Оyая Анна Петровна обязуется заставить ее, Олиньку, любить оного начальника его, Ивана Ивановича, как своего собственного».
III
«До благополучного совершения на сих и оных вышеупомянутых условиях брачного обряда оный начальник имеет представить его, Ивана Ивановича, к чину статского советника и чрез два года приискать законные причины к произведению его же в превосходительные».
IV
«Ответственность за все могущие случиться неудачи — от чего боже сохрани! — лежит исключительно на оном начальнике, яко человеке в большой, силе, ищущем невесты, супружеского счастия и оного приданого».
Иван Иванович утвердил этот трактат своею верховною мужниною властью, и размен ратификацией совершился торжественным образом в средине гостиной: подчиненный предложил зятю-начальнику понюхать его табаку, и взаимно начальник попотчевал подчиненного тестя щепоткою из своей табакерки; оба они в одно время важно втянули в себя носами отрадный, душистый порошок с длинным-длинным наслаждением; оба вместе нежно посмотрели друг на друга подернутыми слезною влагою сверкающими глазами, и оба вместе воскликнули с удивлением: «А!!!! славный ваш табак!..»
И судьба Олиньки решилась!
При всяком трактате бывают секретные статьи: они находились и в договоре, заключенном уполномоченными тетушками, свояченицами и кузинами между начальником и его подчиненным, но были условлены прямо от имени Анны Петровны и утверждены ею безо всякого участия и ведома Ивана Ивановича: потому-то они и назывались секретными.
Секретные статьи
I
«Анна Петровна обязуется одержать верх над скупостью мужа своего, Ивана Ивановича, путем убеждения, а в потребном случае и действительнейшими средствами и довести его до того, чтобы роченный муж, Иван Иванович, дал великолепный бал вскоре после выпуска Олиньки из института».
II
«В начало означенного бала Олинька имеет равнодушно танцовать с молодыми людьми в зале, а договаривающийся начальник его, Ивана Ивановича, будет по положению играть в вист в одной из отдаленных комнат. Оная Анна Петровна не упустит сделать оному мужу своему надлежащее предложение о составлении приличной партии для него, начальника и будущего зятя».
III
«В промежутках между робберами оный начальник его, Ивана Ивановича, будет любезничать с Олинькою».
VI
«Анна Петровна отвечает за благоприятное действие начальнических его впечатлений над невинным сердцем ее дочери».
Начальник исполнил без отлагательства III пункт трактата — зри выше, — но приведение в действие I секретной статьи со стороны Анны Петровны не обошлось без крика, слез и бури. Она принуждена была прибегнуть к решительной мере: топнуть ногою и закричать: «Я так хочу!..»