— Вы уже так пригодились, так помогли мне! — сказал Невструев, пожимая обоим руки. — Я даже не рассчитывал, честно говоря, на такую помощь!
В аэропорту Невструев вновь погрузился в списки авиапассажиров, отлетавших из города с начала года.
— Ну, вот, кое-что и прояснилось, товарищи, — сказал он сидевшим рядом начальнику горотдела и участковому. — Как только отсюда уходила телеграмма о болезни Алика, вскоре же отсюда уезжала Мартова Лида... А телеграммы шли на имя Кочневой Лиды... Завтра мы получим списки пассажиров, вылетавших сюда в этом месяце, и если среди них окажется Лида Мартова, то это уже полупобеда... А сейчас надо связаться с колонией. Как там наш Юсуп Ходжаев себя чувствует?
— Сейчас сделаем, товарищ старший лейтенант, — с готовностью отозвался Петелин, отходя к телефону, и жестом подозвал Невструева. Ходжаев сообщил, что задание выполнено и, если нет ничего другого, он может приехать к Невструеву.
— Приезжайте, Юсуп! Мы сейчас в аэропорту и будем здесь вас ждать... Попутно еще кое-какие дела сделаем...
— Видите, товарищи, — медленно вышагивал Невструев по комнате, — получается, что работники аэропорта не все нам рассказали, что знали...
— Как это? Да я... — вскинулся Петелин.
— Одну минуточку, товарищ майор! Смотрите, что получается... Допустим, что билеты Лида с фамилией «икс» могла приобрести и заранее по паспорту своему, Черникова и еще чьему-то, кого мы тоже пока не знаем... Но ведь ей нужно было еще регистрировать билеты! А это делается за час, как правило, а у вас, я наводил справки, нередко бывает и за полчаса...
— Бывает, когда самолет оттуда задерживается, — согласился Петелин.
— Тогда что получается? Зарегистрировать билет по паспорту Черникова, отвезти паспорт домой и приехать обратно она не могла успеть... Даже если у нее и была все время под рукой машина.
И я думаю, что билеты ей зарегистрировали гораздо раньше, и она сидела спокойно со своими подопечными в ожидании самолета...
— Я уже и раньше подумал, а сейчас вслух говорю, — прозвучали восхищенные нотки в голосе майора, — что вы, товарищ старший лейтенант, молодой да ранний!
Невструев терпеть не мог лести, но тут вдруг поймал себя на мысли, что слова начальника горотдела, похоже, сказанные от всего сердца, ему не очень неприятны. Может быть потому, что и старейший в городе участковый инспектор тоже всем своим видом выразил полное согласие со словами майора?
— Сегодня, к нашему счастью, работает та смена, которая была в аэропорту тогда, в день «ЧП», — сказал Невструев, — так что придется снова их побеспокоить...
Женщина, проводившая в тот день регистрацию пассажиров, сидела опустив голову, и когда она подняла глаза на Невструева, они были полны слез.
— Вы как в воду смотрели, товарищ начальник, — обреченно начала она. — Сколько раз наше начальство нас предупреждало, чтобы никаких отклонений от инструкции не допускали! Виновата я! Уговорила меня одна женщина заранее регистрацию оформить... «Я здесь, — говорит, — а остальные должны подъехать. Как бы не опоздали! Может, прямо к самолету подскочат...» Сама говорит, сама плачет, слезами заливается... Я и не выдержала: зарегистрировала ей три билета... Взяла грех на душу!
— Этот грех слишком дорого кому-то обойдется! — не выдержал Петелин. — «Грех!» Это не грех, это преступление!
Невструев жестом остановил его.
— Кто еще, товарищи, забыл нам что-то сказать? — спросил старший лейтенант, обращаясь к работникам аэропорта.
Поднялась сидевшая в углу женщина.
— Я ничего не забыла... Только меня никто не спрашивал. Я уборщицей тут работаю. Как раз в тот день пошла снимать тряпки половые, сушила я их неподалеку. Смотрю, машина идет. Есть машины с брезентовым верхом? Вот точно такая... Прошла аэропорт, остановилась. Три человека сошли, два мужика и баба. Я еще подумала: чего это они проехали, а теперь по жаре пехом назад жарят?
— А вы не запомнили, как они выглядели, в чем были одеты? — допытывался старший лейтенант.
— Кабы я знала, что меня будут об этом спрашивать, я бы все свои гляделки проглядела, каждую тряпочку на них рассмотрела бы!
— Но хоть машину-то хорошо видели? — спросил Петелин.
— Машина как машина! Она часто здесь ходит. У нее еще на лбу написано: «Осторожно, люди!» Видать, рабочий класс на работу и с работы возит...
— Я эту машину под землей найду! — прошептал майор на ухо Невструеву.