Подхватив оружие, Рэй рывком распахнул входную дверь и бросился к машине. В следующее мгновение «ауди» с ревом устремилась вниз по улице.
Выжил. Выжил!
Ничто другое в ту минуту его не интересовало.
К северу от Клэнтона равнина понижалась, образуя широкую впадину вокруг живописного озера Чатоула, и на протяжении двух миль лента автострады представляла собой прямой, как стрела, идеально ровный спуск. Местные жители прозвали впадину Днищем и устраивали в ней всевозможные гонки — на машинах, мотоциклах и даже сохранившихся кое-где деревенских бричках. Именно здесь Рэй впервые заглянул в лицо смерти — когда студентом мчался на переднем сиденье «понтиака», которым правил вдребезги пьяный Бобби Ли Уэст. Состязание на скорость с еще менее трезвым Дугой Террингом закончилось победой Уэста, и после финиша Рэю едва хватило мужества выбраться из машины: джинсы стали мокрыми вовсе не от пота. Год спустя Бобби Ли разогнал «понтиак» до ста сорока миль в час, вылетел с дорожного полотна и погиб, врезавшись в дерево.
В самом начале длинного спуска Рэй нажал на газ. Стрелки часов показывали почти три ночи, жителям округа Форд снились сладкие сны.
Элмер Конвей так и продолжал бы безмятежно спать, если бы комар не осмелился дерзко вонзить свой хоботок в нежную кожу под мочкой его уха. Пришлепнув ладонью докучливое насекомое, Элмер открыл глаза, увидел быстро приближающийся свет фар и включил радар. Догнать верткую спортивную модель удалось только к концу третьей мили. Для его профессиональной чести это было оскорблением.
Рэй совершил грубую ошибку: ему не следовало выходить из «ауди». К такой предупредительности дорожная полиция не готова.
— Замри, приятель!— вскинув табельный «магнум», рявкнул Элмер.
— Спокойно, спокойно,— проговорил Рэй и поднял руки.
— Отойди от машины!— Стволом пистолета полисмен указал на двойную разделительную линию.
— Без проблем, сэр.
— Имя?
— Рэй Этли, сын судьи Этли. Может, все-таки опустите оружие?
Поколебавшись, Элмер сменил гнев на милость: теперь дуло «магнума» смотрело Рэю не в лоб, а в живот.
— Номерной знак штата Виргиния, а?
— Видите ли, я там живу.
— И туда же направляетесь?
— Да, сэр.
— Почему так спешите?
— Сам не знаю, я…
— Прибор засек девяносто восемь миль в час.
— Мне искренне жаль, сэр.
— Ему искренне жаль, надо же.— Элмер сделал шаг вперед.
Рэй напрочь забыл об измазанном кровью пальце, а про небольшую резаную рану на колене вообще не знал. Полисмен направил на Рэя луч фонарика.
— Почему вы в крови?
Сколь-нибудь удовлетворительного ответа на этот вопрос у Рэя не было. Чтобы изложить правду, потребовалось бы не меньше часа. Короткое объяснение лишь осложнило бы ситуацию.
— Не знаю,— пожал плечами он.
— Что в машине?
— Ничего особенного.
— Разумеется.
Сцепив запястья Рэя наручниками, Элмер втолкнул его на заднее сиденье патрульного «форда», затем направился к «ауди», распахнул дверцу и осмотрел кабину. Вернулся, сел за руль, не повернув головы, спросил:
— Зачем вам ствол?
Перед тем как выйти из машины, Рэй попытался засунуть револьвер под пассажирское кресло. Удалось это, похоже, не до конца.
— Для самозащиты.
— Разрешение есть?
— Нет.
По рации Элмер связался с дежурным и обстоятельно доложил о задержании. Заканчивался рапорт словами «везу его к вам».
— А что будет с моей «ауди»?— спросил Рэй.
— Пришлю эвакуатор.
На бетонное покрытие автострады периодически падали красно-синие отблески мигалки, спидометр показывал восемьдесят миль в час.
— Могу я позвонить своему адвокату?
— Нет.
— Бросьте, офицер. Пустяковое превышение скорости. Он подъедет, внесет залог, и я продолжу путь.
— Кто ваш адвокат?
— Гарри Рекс Боннер.
Элмер хмыкнул, шея его стала багровой.
— Сукин сын! Развод превратил меня в нищего.
Откинувшись на спинку, Рэй устало закрыл глаза.
Тюрьма округа Форд была ему в общем-то знакома. Следуя по коридору за Элмером, Рэй вспомнил, что дважды приходил сюда к безответственным отцам, которые годами отказывались содержать собственных детей. В конце концов судье это надоело, и он отправил всю троицу за решетку. Хейни Моук, надзиратель, по-прежнему восседал в своей каморке, листая истрепанный детектив. Временами он подрабатывал на кладбище, поэтому был прекрасно осведомлен о том, кто из жителей Клэнтона когда и по причине какого недуга оставил сей бренный мир.
— О, сынок судьи Этли!— Пучеглазое лицо Хейни исказила ухмылка.
— Так точно, сэр,— вежливо отозвался Рэй.
— Замечательный был человек твой отец.— Поднявшись, надзиратель обошел Рэя кругом, снял с него наручники.
Элмер начал заполнять бумаги.
— Ничего особенного, нарушение правил дорожного движения и отсутствие разрешения на оружие,— грозно, как бы вынося приговор, сказал он.
— Но ты ведь не запрешь его в камеру?— с упреком проговорил Хейни.
— Обязательно,— процедил полисмен, и ситуация мгновенно накалилась.
— Могу я позвонить Гарри Рексу Боннеру?— едва ли не умоляющим голосом обратился к нему Рэй.
Не сводя с лица тюремщика неприязненного взгляда, Элмер ткнул оттопыренным большим пальцем левой руки в сторону телефона.
— Свободных мест у меня нет,— брюзгливо уведомил его Хейни.
— А они когда-нибудь здесь были?
Рэй торопливо набрал номер. Шел четвертый час утра, звонок явно придется Гарри Рексу не по вкусу. После третьего гудка в трубке послышался голос его очередной супруги.
— Это Рэй. Ради Бога, извините за беспокойство, мне срочно нужен Гарри.
— Его нет.
Странно, подумал Рэй. Шесть часов назад они вместе пили пиво.
— Но где он может быть?
За спиной Рэя послышалась раздраженная перебранка: Хейни и Элмер выясняли отношения.
— У дома судьи Этли,— отчетливо произнесла женщина.
— Откуда вы знаете?
— Он только что звонил. Дом горит.
С Хейни на заднем сиденье, пугая спящий город завываниями сирены, они обогнули площадь. Парой кварталов дальше в небе полыхало зарево.
— Да сохранит нас Господь,— прошептал тюремщик.
Редкое событие будоражило Клэнтон так, как пожар. Обе помпы — больше в городе не было — вовсю качали воду, рядом бестолково суетились с десяток добровольцев. На противоположной стороне улицы стояла толпа любопытных горожан.
Языки пламени уже возносились над крышей. Перешагнув через пожарный рукав, Рэй ступил на газон.
В нос ударил острый запах бензина.
ГЛАВА 35
Любовное гнездышко Гарри Рекса оказалось вполне приспособленным для сна. «Будуар» представлял собой длинную и узкую комнатку с паутиной по углам и тусклой лампочкой, что висела под серым сводчатым потолком. Единственное закрашенное, наверное, еще в прошлом веке окно выходило на площадь. Кровать из кованого железа, настоящий музейный экспонат, не имела ни простыней, ни хотя бы одеяла — только матрас. Укладываясь, Рэй пытался не думать о том, какие баталии разворачивались на этом ложе. Мысленно он находился в «Кленовой долине». К моменту, когда рухнула крыша, особняк плотным кольцом окружило полгорода. Рэй спрятался от взоров любопытных на нижней ветви старого платана. Глядя в охваченные пламенем проемы окон, он с тоской размышлял не о банкнотах, не об отцовском бюро или столе орехового дерева, который так любила мать, а о портрете неустрашимо взиравшего на огненную стихию генерала Форреста.
Всего через три часа, ровно в восемь, Рэй был на ногах. Снизу послышались тяжелые шаги. Через минуту на пороге появился Гарри Рекс.
— Подъем, пропащая душа. Пора в камеру.
— Бегство было непреднамеренным.— Элмера и Хейни Рэй просто потерял в толпе.
— Ты сказал, что не возражаешь против обыска машины?
— Да.
— Ну что за глупость. Юрист, называется.— Гарри Рекс достал из-под кровати складной стул, разложил его и сел.
— Мне нечего скрывать.