— Тупица. Они выпотрошили твою «ауди» и остались с носом. Пусто.
— Знаю.
— Ни одежды, ни сумки, ни даже зубной щетки. Из чего можно понять, что ты всего-навсего отъехал по делам и спешил вернуться домой, как было заявлено Элмеру?
— Особняк я не поджигал, Гарри.
— Ты — первый из подозреваемых. Надо же — летит сквозь ночь, не прихватив с собой ничего, хотя бы какой-то мелочи. Старушка Ларримур видела красную «ауди», а потом, через десять минут — хлоп!— подъезжают пожарные. И взял-то тебя самый никчемный в округе коп: превышение скорости, девяносто восемь миль в час. Защищайся, если сумеешь.
— Я не поджигал.
— Для чего было выходить из дома в половине третьего ночи?
— Кто-то разбил камнем окно в прихожей. Я испугался.
— У тебя была пушка.
— Мне не хотелось прибегать к оружию. Я предпочел унести ноги.
— Слишком долго ты прожил на Севере.
— Я живу не на Севере.
— Как ты порезался?
— Убирал осколки.
— Почему не вызвал полицию?
— Растерялся. Просто решил уехать домой.
— А через десять минут после твоего отъезда этот кто-то вылил в особняк канистру бензина и чиркнул спичкой.
— Не знаю, кто это был.
— В поджоге я все-таки обвинил бы тебя.
— Ты не можешь. Ты — мой адвокат.
— Ошибаешься. Я адвокат «Кленовой долины», которая только что рассталась со своей единственной ценностью.
— Есть страховка.
— Есть, однако ты ее не получишь.
— Почему?
— Потому что, когда обратишься в компанию, она начнет расследование. Хорошо, ты говоришь, что не поджигал. Верю, но очень сомневаюсь, чтобы тебе поверили другие.
— Я действительно не поджигал.
— Тогда кто?
— Человек, бросивший в окно камень.
— И кем же он может быть?
— Не имею представления. Каким-нибудь разочарованным истцом.
— Блестяще. Сколько, интересно, он ждал, чтобы отомстить? Судья-то умер. Я бы не хотел присутствовать в зале, когда ты станешь рассказывать об этом присяжным.
— Не знаю, Гарри, не знаю. Клянусь, я не поджигал. К черту страховку!
— Все несколько сложнее. У тебя лишь половина активов, вторая принадлежит Форресту. Он имеет право востребовать ее через суд.
Рэй вздохнул, почесал небритый подбородок.
— Помоги мне, Гарри.
— Там внизу шериф со следователем. Они намерены задать тебе кое-какие вопросы. Отвечай медленно и говори только правду. Я буду рядом. Пошли.
— Куда?
— В комнату для совещаний. Я сам попросил их подъехать. Думаю, тебе лучше убраться из города.
— Я и пытался.
— Чушь типа превышения скорости и наличия в машине чужого пистолета будет рассматриваться судом не раньше чем через два месяца. Сейчас проблема гораздо серьезнее.
— Я не поджигал, Гарри.
— Ну да, ну да.
Они вышли из комнатки и по ступеням шаткой лестницы начали спускаться на второй этаж.
— Кто сейчас в городе шериф?— обернувшись, спросил Рэй.
— Его зовут Сойер.
— Приличный человек?
— Это не имеет значения.
— Ты знаком с ним?
— Я занимался разводом его сына.
Вся обстановка комнаты для совещаний в офисе Гарри Рекса состояла из высоких, от пола до потолка, стеллажей, плотно уставленных толстенными справочниками, и длинного стола. Случайный посетитель мог бы подумать, что хозяин офиса часами работает с юридической литературой. На деле же Гарри Рекс в жизни не раскрыл ни одной из этих книг.
Сойер и его следователь, маленький нервный итальянец по фамилии Сандрони, держали себя подчеркнуто официально. Итальянцев в северо-восточных районах Миссисипи проживали единицы, и по выговору Сандрони Рэй понял, что тот родом из Дельты. Пока шериф неторопливо пил обжигающе горячий кофе, следователь с озабоченным видом строчил что-то в своем блокноте.
Пожарных миссис Ларримур вызвала по телефону в два тридцать четыре, через десять или пятнадцать минут после того, как увидела несшуюся по Форс-стрит красную «ауди» Рэя. В два тридцать шесть патрульный офицер Элмер Конвей сообщил дежурному, что пытается догнать какого-то идиота, который мчится на скорости не менее ста миль в час в сторону Днища. Поскольку нарушение скоростного режима было налицо, Сандрони скрупулезнейшим образом выяснил у Рэя все детали его маршрута. Затем Сойер связался со своим заместителем:
— Садись за руль и езжай от «Кленовой долины» к Днищу, там тебя будет ждать Элмер. Скорость — девяносто восемь. Оттуда позвонишь.
Звонок раздался через двенадцать минут.
— Значит, сама дорога отняла у него меньше двенадцати,— деловито бросил следователь.— Подытожим. Некто входит в особняк с емкостью бензина и обильно поливает комнаты горючим, настолько обильно, что, по словам начальника пожарной команды, резкий запах чувствовался даже на проезжей части. На пол летит зажженная спичка, может, не одна — как утверждают пожарные, очагов возгорания было несколько. Затем поджигатель скрывается в ночи. Так, мистер Этли?
— Мне неизвестно, как действовал поджигатель.
— А время, затраченное вами на маршрут, указано верно?
— Я не засекал время.
— Будем считать — верно.
— Дальше, дальше,— буркнул с противоположного конца стола Гарри Рекс.
Дальше следовал мотив преступления. «Кленовая долина» со всем своим содержимым застрахована на сумму в триста восемьдесят тысяч долларов. Опрошенный ранее риэлтор показал, что покупатель собирался заплатить за особняк сто семьдесят пять тысяч.
— Разница довольно значительная, мистер Этли, не так ли?— осведомился Сандрони.
— Так.
— Вы уже поставили в известность страховую компанию?
— Нет. Намеревался сделать это завтра. Можете не верить, но есть люди, которые по воскресеньям отдыхают,— съязвил Рэй.
— Черт побери, пожарная машина стоит там до сих пор,— поддержал друга Гарри Рекс.— У нас есть полгода, чтобы оформить необходимые бумаги.
Щеки Сандрони порозовели, но выпад адвоката остался без внимания.
— Хорошо. Перейдем к другим подозреваемым.
Слово «другим» насторожило Рэя. Он вполне убедительно, хотя и с некоторыми опущениями, изложил историю о камне и разбитом окне, о телефонном звонке и требовании неизвестного покинуть дом. Он даже вспомнил про шорохи и стуки в ночь, когда умер судья.
— Вы слышали более чем достаточно,— на исходе тридцатой минуты разговора непререкаемым тоном заявил Гарри Рекс.
— Когда вы намерены уехать из города?— спросил Сойер.
— Я пытался это сделать шесть часов назад.
— Очень скоро,— вставил адвокат.
— У нас могут возникнуть новые вопросы.
— Буду готов ответить на них.
Проводив шерифа и его спутника до машины, Гарри Рекс вернулся в комнату.
— Сукин ты сын, Рэй, и, по-моему, отъявленный лжец.
ГЛАВА 36
Старая пожарная машина, та самая, за которой Рэй с ватагой приятелей бегал в детстве, наконец уехала. Молодой человек в грязной футболке, по-видимому, один из добровольных помощников, скатывал тяжелые, заскорузлые от воды рукава. По улице расползались огромные лужи.
«Кленовая долина» являла собой жалкое зрелище. Огонь пощадил высокую каминную трубу и кусок прилегавшей к ней стены, все остальное превратилось в груду закопченных обломков. Вместе с Гарри Рексом Рэй обогнул развалины и прошел на задний двор, к изгороди из кустов орешника, где в тени стояли два садовых кресла. Усевшись, оба начали жевать кукурузные лепешки с жутко наперченным мясом.
— Особняк поджег не я,— безучастно проговорил Рэй.
— А кто, знаешь?
— Есть на уме один тип.
— Имя?
— Горди Прист.
— Вот как?
— Это долгая история.
Рэй начал издалека, с того, как на кушетке обнаружил мертвого судью, а в шкафу стеллажа — пачки банкнот на сумму в три миллиона долларов. Он перечислял мельчайшие детали и задавал Гарри те же вопросы, ответы на которые долгие недели искал сам. Оба сидели, глядя в дымящиеся руины и не видя их. Перед глазами Гарри Рекса вставали дорога из Клэнтона в Шарлотсвилл, бесчисленные казино Атлантик-Сити, побережье, Паттон Френч и его невольный благодетель Ройбен В. Этли.
Рэй не умолчал ни о чем. Взлом квартиры, запугивания, покупка «бонанзы». К концу рассказа лоб его покрылся крупными каплями пота. После продолжительной паузы Гарри Рекс спросил: