Лейтенант сделал несколько фотографий цифровой камерой, и уже через полчаса мы были в лагере. Я коротко повторил уже известное капитану, поинтересовался в свою очередь обстановкой, но был послан и, несколько обидевшись, отправился было в свой грузовик капитан предупредил, что через час снимаемся со стоянки. Но поскольку путь к кемперу проходил мимо места ночного побоища, я сделал крюк в сторону саванны, просто ради того, чтобы обойти подальше отвратно воняющую кучу бандитских тел (и фрагментов таковых). Машинально рассматривая траву перед собой (для здоровья крайне полезно, в местной траве чего только не обитает!), зацепился глазом за чуть примятую растительность немного в стороне от следов крови на вытоптаных «полянах», и, опять же не особо раздумывая, решил посмотреть поближе, что там такое. Оказалось трофей! Сброшенный кем-то пытающимся удрать побыстрее рюкзак литров на тридцать-сорок, причем весьма прилично загруженный. Более того, пройдя еще метров тридцать, я обнаружил и бывшего владельца: недалеко убежал, поймал пулю в хребет, скорее всего, 7,62х 54, навылет, для автоматной слишком небольшие повреждения и свалился на месте. Я даже подумал сначала, что он еще живой, но нет кажется, сдох от болевого шока и внутренней кровопотери, не приходя в сознание.
Оказалось, за мной присматривали. Не успел я обшарить карманы этого вполне целого трупа, как рядом тормознул БРДМ и оттуда выкарабкался знакомый уже младший сержант.
— Следопыт, ты чего нашел? Командование заинтересовалось. объяснил он свое появление. Я даже хохотнул, не удержавшись:
— Ну вот так всегда как искать чего полезного, так это я сам, а как смотреть-щупать — собирать так сразу толпа набегает! Дохлого я нашел, с вещами! Раз вам не нужно я подберу, не гордый, меня государство не снабжает, а потому и такому рад
Бедняга-сержант такими претензиями был неслабо ошарашен, и потому не придумал ничего лучшего, чем связаться с командованием на предмет выяснения политики партии относительно одного чрезмерно наглого гражданского. Начальству было все еще не до меня, а потому младшой получил команду «Да хрен с ним, пусть забирает, что нашел!», и даже любезно предложил после шмона подбросить к моей машине. Вот только ни он, ни командиры не ожидали, что, сняв с трупа отличнейшие и еще не успевшие провонять дохлятиной ботинки (мой размер, и как бы не того же производителя, что и мои собственные никак не армейский ширпотреб!), РПС-ку (не ради самой системы, но плотно набитые подсумки явно намекали на массу полезных вещей в них), ремень, тоже с подсумками и пистолетом в кобуре, и подобрав какую-то версию ПП, валяющуюся рядом с наверченным на ствол цилиндром глушителя! я, пройдя обратно по своим следам, подниму из травы еще и плотно набитый рюкзак! Вот тут даже водитель башку из «бардака» высунул, проводив взглядом трофеи причем, в общем-то, не мои, хотя тут как считать, конечно, тревогу-то я поднял, железно. А сержант и вовсе вцепился в рацию и бубнил туда хоть и тихо, но отдельные слова общую картину обрисовывали достаточно понятно «тащ-капитан большой так вы-ж сами!.. не знаю откуда я знаю!.. сам нашел так следопыт же!..». «Бардак», выгрузив меня у кемпера, упылил куда-то, а через десяток минут по двери кабины аккуратно, я бы даже сказал деликатно затарахтели. Я, только-только оставленный в покое котами, облизанный в обе щеки и формально покусанный за ухо, да еще и категорически не выспавшийся, меньше всего хотел видеть гостей, а потому открыл дверь уже «на взводе». И вид сержанта, присланного явно отжать трофеи, вовсе не добавил мне умиротворения!
— Ну, что опять стряслось? поинтересовался я у бойца. Тот, машинально поправив ремень, коротко доложил:
— Капитан Каварин хочет рюкзак.
Я наигранно «удивился»:
— И зачем ему мой рюкзак? А нефтяную вышку и гарем из десятка мулаточек он не хочет — заодно? А то я любые пожелания принимаю
На сержанта было жалко смотреть. Приказ он не выполнить не мог тут без вариантов. Но я полученный им приказ выполнять явно не собирался, и сразу возникло неразрешимое противоречие между желаниями и возможностями! Которое боец своими силами разрешить просто не мог команды отбирать силой не было, а по-другому он не представлял, как. Я же, при том что конфликта не хотел, и вот так вот просто сходу «тянуться» перед начальством не собирался, с какой радости?! Кто их заставлял меня «посылать» раз за разом?! Кто мешал им сразу озаботиться проверкой территории а если бы там какой недобиток валялся, или еще какая гадость? Хотя содержимое рюкзака примерно представлял, даже не открывая, и особо за него бороться смысла не видел, но дело теперь уже принципа Не знаю, к чему бы привела бойца напряженная мыслительная нагрузка, но тут нас отвлекли совсем рядом взвыл движок машины и почти сразу послышалась стрельба, сначала пистолетная, но уже через пару секунд солидно включился пулемет. Сержант рванул на грохот, я же нырнул обратно в кабину и закрыл замки мало ли? Хотя, пальба прекратилась почти сразу, движок затих, а еще через полчаса по циркулярной прошла команда заводить двигатели и готовиться к движению. Я как раз собрался было на вылазку посмотреть, в кого и кто стрелял, но не срослось, жаль, конечно
В обед капитан Каварин устроил короткое собрание для гражданских, где объяснил, что «…благодаря уже схваченным наводчикам банда прошла через заранее отравленный пост охранения и попыталась напасть на караван; однако благодаря бдительности прочих часовых дошли они только до рубежа надежного поражения, где и остались; после чего были захвачены и бандитские пособники-осведомители, вследствие чего на текущее время непосредственной опасности нет; но расслабляться будем в Порто-Франко!». А когда народ, заметно успокоенный словами командира конвоя, разошелся по машинам, ко мне этак ненавязчиво присоединился лейтенант и уже знакомый «младший», с известными претензиями:
— Следопыт (вот, кажется, и новое прозвище прилипло), ты ж понимаешь, что нам нужно хоть посмотреть, чего ты там нашел? Да, капитан особо предупредил если там нет ничего ценного в виде карт или других носителей информации, все остальное без вопросов твое. Но и ты ж пойми а вдруг?! Взять этих скотов на лежке или перекупке, это такой шанс! Или ты уже что-то интересное нашел? и Турин пытливо заглянул мне в лицо. Я помотал головой:
— Нет, даже не открывал еще Некогда я, если ты не в курсе, еду сам, так что за рулем был всю дорогу.
— В курсе. хмыкнул лейтенант, Вот для того Рокалева и взял с собой, порулит до следующего привала, а мы с тобой сможем порыться в рюкзаке трофейном
— Ну, если так я на самом деле был только «за», задницу уже отсидел, а тут такой шанс посадить за руль «левого» водилу! Да еще и стопроцентно надежного в плане следования по курсу! Это тебе не бандит какой замаскировавшийся, это считай представитель армии
В следующие четверть часа сержант устраивался на водительском месте, слушая мои пояснения (в стиле «а вот за эту штуку дергать не надо, а то ка-а-ак бахнет!»), а я, в итоге, даже полтора часа спустя еще периодически выслушивал его восторженные (и почти литературные!) комментарии касательно оборудования моей машины Через эти самые пятнадцать минут конвой вытянулся на дорогу и набрал расчетную скорость, а мы с лейтенантом один за другим нырнули в лаз и занялись очередным трофеем.
Рюкзак начали потрошить аккуратно. Для начала сам Турин прощупал со всех сторон, на предмет, например, гранаты со сдернутой чекой, засунутой под клапан, «нашедшему на добрую память», заодно и всяческие иголки-секретки, совершенно случайно смазанные особо злобными ядами, в швах поискал, и только когда не нашел ни того, ни другого (да и не рассчитывали мы на это, если честно на ночь в бой брать «заряженный» рюкзак будет только неисправимый долб оптимист, а во время драпа гранату сунуть времени не было наверняка), открыл верхний клапан рюкзака и принялся выкладывать содержимое. В этот раз, к моему глубокому удивлению, содержимое заметно отличалось от привычного (!) уже мне набора из патронов-консервов-белья Под самым клапаном, сверху, оказался полностью собранный прибор ночного видения в виде очков-гарнитуры, причем плоских, а не как несколько раз виденные мной этакие «телескопы» перед глазами. Турин, присмотревшись к маркировке на корпусе, аж присвистнул: