Так прошло ещё несколько дней. Я успевала ходить в школу, общаться с Ильёй и старалась как можно больше времени проводить с друзьями. Недавно мы с ними ходили по магазинам и накупили себе кучу новых осенних и зимних вещей. Даже парни остались довольны, хотя они, как известно не очень любят шопинги.
Илья снова уехал, и всё бы ничего, но через неделю он снова вернулся, и ещё через неделю. Родители были уже в панике. Что происходит с их сыном? Почему он постоянно прирывает учёбу и каждую неделю мотается сюда? Должна же быть, в конце концов, более веская причина, чем просто тяга к родительскому дому и родине. Но однажды они нашли эту самую причину. И не просто нашли, а даже узрели её своими собственными глазами.
Одним прекрасным вечером я решила поговорить с Ильёй, так как тоже заподозрила неладное и стала переживать за его учёбу и будущую бомжовскую жизнь, если он не доучится до конца. Ему же совсем немного осталось. Всего год и он юрист. Обидно будет, если четыре года пойдут прахом и его отчислят. Я тихонько постучалась в его комнату, из неё донеслось короткое «входите». И я вошла.
– О, Лиля, это ты! Проходи, садись на диван. – пригласил он, убирая с дивана свою одежду. Он как раз собирал вещи, потому что завтра снова уезжает. В комнате было чисто и уютно. Не то, что у меня. – Что-то случилось? Ты что-то хочешь мне сказать?
– Да. Я хочу с тобой поговорить.
– Говори. – он присел рядом. По моему телу будто прошёлся электрический ток.
– Почему ты так часто к нам ездишь? – задала я вопрос.
– А ты что, меня прогоняешь уже? Я тебе надоел?
– Что ты! Ни в коем случае! – запротестовала я. – Просто я волнуюсь за твою учёбу, будущую карьеру. Я уверена, что с тебя вышел бы замечательный юрист, а ты постоянно бросаешь колледж.
– Ну, во-первых я его не бросаю, а на время покидаю, и во-вторых у меня есть особая причина для этого. – Илья загадочно улыбнулся.
– Что за причина? – у меня заколотилось сердце. А вдруг он скажет, что у него тут девушка какая-то есть и он её навещает, например, ночами, когда я вижу десятый сон.
– А ты сама не понимаешь и даже не догадываешься?
Я была в замешательстве. Совсем разнервничавшись, я подскочила с дивана, Илья подскочил следом. Он взял меня за руку, повернул к себе и посмотрел прямо в глаза. Я готова была прямо здесь и сейчас грохнуться в обморок. Уже начинала кружиться голова, но Илья, обвив руками талию, притянул меня к себе и нежно поцеловал в губы. Голова закружилась ещё сильнее, но мне уже не хотелось падать в обморок. Напротив, я была готова утонуть целиком и полностью в этом человеке, в его поцелуе. Мы продолжали целоваться и я моментально всё поняла. Кажется, я полностью прозрела и посмотрела на мир по-другому. Он ездил так часто из-за меня, ко мне, чтобы побыть со мной. А я ещё не верила в чудеса. Ну, всё! С этого момента я буду верить не только в чудеса, но ещё и в Деда Мороза, драконов, фей, и пришельцев. По крайней мере, я так думала. Пока мы обжимались, забыв обо всём в мире, позади нас, тяжело дыша, стояли родители. Отец стоял с перекосившимся лицом. У матери в руке была поварёшка. От изумления она выронила её из рук, и та с грохотом упала на пол. Только тогда мы вздрогнули и отпрянули друг от друга. Вот тут-то я и поняла, что умру. Если не сегодня, то завтра уж точно. Мама стала громко причитать, бегать по кухне и пить валерьянку, а отец пытался поговорить с сыном и «вправить ему мозги». Всю ночь родители не могли успокоиться, а как только утром Илья уехал (украдкой всё равно поцеловав меня.)… Ох, лучше бы не вспоминать. Как я и предполагала все эти оханья и валерьянка были просто прикрытием от Ильи. Как только сын ступил за порог, родители просто сорвались с цепи. Мама пыталась поколотить меня, истерически кричала и называла всякими непристойными словами. Говорила, что я якобы «совращаю их сына» и ломаю их семью и его жизнь. Она ждала, что он привезёт ей достойную питерскую невестку, а он целуется со «всякой прошманденью». Да-да так и говорила. Но меня уже ничего не удивляет в этом доме. Я готова вытерпеть всё ради своей… нет, теперь уже ради нашей любви. Но тут мама угрожающе на меня посмотрела и грозно сказала: