Для нас специально расчищают территорию. В это время я слышу стёб пардов в мою сторону. Я делаю вид, что не обращаю внимание, думая, что так меньше ощущаю напряжение. Я не идиотка, зрение у меня в норме, которое сейчас насмехается надо мной: «Посмотри, какой он мускулистый! Ты обречена на провал!» Что ж... я это прекрасно понимаю, но чем черт не шутит? Мои тренировки тенниса должны ж дать хоть какой-то результат.
Вин стаёт в планку, а я следую его примеру. Толпа начинает счёт, но со временем я не обращаю на них внимание. Я вижу только Вина, который стоит напротив меня. Он почти не напрягается, иногда даже отвечает кому-то. Сейчас он в своей стихии, и я признаю, что когда он улыбается, то внушает уважение и доверие, но... Придержим коней. Сейчас он мой враг.
Моё тело уже болит, изнывает, а я сержусь. Неужели у пардов нет других упражнений, за исключением планки? Можно же приседать, бегать, отжиматься. Да там миллионы вариантов, а у них одна забава. Злость придаёт мне сил, и на пару мгновений мне становится легче, но ненадолго. Мой организм истощён, я не ела больше суток, за сегодня второй раз стою в такой длительной планке. Мне не выиграть. Единственная моя надежда на то, что Вин поддастся. Ему ж ничего не стоит раньше упасть, но он непоколебим. Я слабее, и этот сукин сын это знает, но его эго не позволит ему сдаться.
Я дольше не выдержу, моё тело напряжённо до предела, голова болит, пот стекает по спине. Я падаю.
Я слышу всеобщий гул, среди которого отчетливо выделяется смех Кая. Ну и плевать! Я в ярости встаю, нарочно игнорируя Вина, который поднимается следом.
- Мой черёд, - с вызовом говорю я, пытаясь восстановить дыхание.
Не зря я в школе отличница, не зря у меня собственная библиотека. Я не дам этому павлину выиграть. Будет ничья.
- Задавай вопрос, - с гордыней говорит Кай.
Я задумываюсь, пытаясь вспомнить что-то максимально сложное.
В чём я хороша? История. Я могу дать ему любую задачу с олимпиады.
- В 1596 подписали унию, - начинаю рассказ я, - результатом которого стало слияние двух государств. Почему была подписана уния? Какие два государства ее подписали? И почему этот год прозвали «Желтым годом»?
Кай щурит глаза, напрягая мозги. Если такие имеются, конечно же. Я задала ему проще вопрос, нежели хотела.
- Уния была подписана Площей и Авлитом из-за общей опасности со стороны Нармуны. Так они хотели объединить силы, потому что понимали, что оба слабы и не в состоянии дать отпор, - гордо заявляет Кай, но я не сдаюсь.
- Почему этот год прозвали «Желтым годом»? - настаиваю я.
Кай не отвечает. Я вижу по его лицу, что он не знает ответа, хотя тот был элементарным. Он крылся в самом названии.
- Есть ответ? - спрашиваю в последний раз я. Во мне все ещё кипит ярость, и я очень хочу стереть его самодовольную улыбку. Кай молчит, тогда я выпрямляю спину.
- Этот год был успешен для двух государств, они вышли на новый уровень экономики и подписали мирный договор с Нармун. Желтый символизирует успех.
Корона не упала, когда я ещё выше вздернула подбородок. Парды думают, что они умные, поэтому так тупы. Я же здраво оцениваю свой интеллект, который превышает средний среди них.
- Ничья, - заключает Калеб.
Толпа недовольно загудела, а мы с Каем сверлим друг друга глазами.
- Разошлись, - рычит уже вожак, когда парды, недовольные шоу, остаются на местах.
Все расходятся, за ними уходят Калеб и Вин. Второго я готова прибить. Я злюсь больше на него, чем на Кая. Он меня бесит.
Кай смотрит на меня грозно. Вижу, что хочет что-то сказать, но уходит, лишь грозно рыкнув напоследок. Поделом ему.
Фант подходит ко мне и пытается подбодрить. Я прямо говорю ему, что устала и хочу спать, что есть чистой правдой. Ухожу, не видя никого.
Мой гамак одиноко находится возле шалаша. Я заваливаюсь в него, но сон не идёт. Я очень устала, но меня раздражает бурчание, исходящее из шалаша. Плюс одна монетка в копилку злости на Вина. Я даже отчетливо слышу его голос.
- Завтра и отправлюсь.
- Они наша гарантия, - поддерживает Реми.
- Подходя к их дому, лишний раз не рискуй, - советует Калеб.
Затем голоса утихают. Мне интересно, где завтра будет пропадать Вин, но я рада, что его не увижу. Поэтому с радостной улыбкой на лице засыпаю.