Она протягивает мне руку.
Понятия не имею, что именно подразумевает незнакомка под этим вопросом, но я уверена в одном: я не хочу иметь ни малейшего дела с этими бесшабашными безголовыми эгоистичными придурками.
Злость.
Отвращение.
Месть.
Ненависть.
Я приняла решения.
И пожала руку.
Глава 20
Точка невозврата - моё безразличие.
Полгода спустя
Охота.
Я вдыхаю медленно, наслаждаясь воздухом, пропитанным человеческим страхом.
Сейчас ночь. Здание окутано мглой, от чего игра становится только интересней. На этом складе обычно хранят уже непригодные кареты, но сегодня я растормошу это место.
Шаг. Вдох. Шаг. Выдох.
Я чувствую пульсацию, сердце, биение которого учащается с каждой миллисекундой. Ох, это наслаждение. Я хочу, чтобы они боялись, чтобы прятались, в надежде выиграть себе пару минут жизни. Это будет весело.
Я останавливаюсь. Я ощущаю присутствие ещё кого-то. Отчетливо чувствую, что он не из моей команды. Защитник. Мой смех рвётся наружу, но я прикусываю губу. Я знала: сегодня особенная ночь.
Медленно, не желая мгновенного успеха, я иду дальше. Осматриваюсь, наблюдаю, всматриваюсь.
Он у стены. Спрятался в углу, за последней каретой. Банально. Но игру всегда можно сделать интересней. Я подхожу ближе к ряду карет и кулаком ударяю по одной из них. Грохот разносится по всему зданию, а на металлической стороне остаётся вмятина.
Страх ещё быстрее окутывает добычу. Я не сдерживаюсь от улыбки и продолжаю идти. Пять карет разделяет нас. Четыре. Три. Я ещё шире улыбаюсь. Две... Одна. Я, полна ликования, обхожу последнюю карету. Там в углу спрятался... мальчик. Ему лет тринадцать. Вся моя грозность отходит при виде его. Пардами не стают в столь юном возрасте. Что заставило его это сделать?
- Отойди от него, мразь!
Слышу я угрозу, и в эту ж секунду кто-то хватает меня за плечо, стараясь отдалить от мальчика. Он силён, потому что сдвинуть с места меня удаётся, но на этом его способности заканчиваются. Я переключаю своё внимание на соперника. Мне все равно сколько пардов сегодня умрет. Одним больше, одним меньше.
Парень заносит кулак, чтобы ударить, но я опережаю его, схватив за кисть, а после откидываю назад. Пард, корчась от боли, пытается встать. И, честно, я удивлена, но у него это все-таки выходит. В итоге он делает кувырок вперёд, оборачиваясь в гепарда. Он силён не по меркам пардов. Интересно, он входит в старшину? Если да, то какой коммуны? Не помню, чтоб я о нём слыхала.
Пард, видимо, не разделяет моих порывов поразмышлять. Он разгоняется и сносит меня с ног, я же реагирую быстро и перекидываю его на спину, тем самым оказавшись сверху. Я заношу кулак, чтобы нанести удар, но останавливаюсь. Я не хочу убивать так быстро. В эту минуту сомнения пард умудряется стать на лапы и снова яростно смотрит на меня. Он хочет моей смерти. Даже не представляла, насколько у нас взаимные чувства. Это куда крепче любви.
Я жду, пока пард атакует, а сама не желаю этого делать, чтобы заранее не показать свои способности. В итоге он делает шаг назад и прыгает. Я не уворачиваюсь, а захватываю его в полёте и откидываю в сторону. Тут нужно было правильно рассчитать силы. Если бы я не перенесла всю силу на руки, пард повалил бы меня.
В это время он лежит поскуливая. Его хребет наверняка заработал пару трещин. Пард уже не может встать, поэтому я уверена подхожу к нему и сажусь на корточки.
- Тварь! - бросает он мне оскорбление в лицо, а после сплёвывает кровь. Я его ещё не сильно пошатала, чтобы меня обзывать.
- Неверно, - возражаю.
Я хватаю его за волосы и со всей дури ударяю его голову об стену.
- Правильно говорить, - я убираю руку и встаю, - смерть.
Моё лицо искажается от отвращения. Он умер пардом. Так нечего сожалеть. Я стряхиваю пыль с колен, когда слышу плач. Мальчик. Я уже забыла о нём. Медленно, возможно не желая видеть очевидное, я оборачиваюсь. Мальчик стоит посреди коридора и смотрит то на меня, то на погибшего парда. Его лицо грязное от пыли и слез. А глаза полны страха, безысходности и печали. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Заткнись!
Я делаю шаг в его сторону.