- Наконец-то пришёл. Пойду открою.
Элли уходит, оставив меня одну в гостиной. Внезапно мои ладони потеют, а в голове появляется шумный рой пчёл. Не думала, что на самом деле так взволнована.
- Ты вовремя. Мы как раз накрыли стол, - говорит Эл, закрывая двери.
- Прекрасно, потому что я чертовски голоден.
Я замираю. Я знаю этот голос. Я помню этот голос. На дрожащих ногах я делаю шаг. Я теряю равновесие, поэтому приходится опереться на спинку стула. Шаг за шагом. Быстро. Я покидаю гостиную и поворачиваю, ещё не зная, что именно хочу увидеть: подтверждение или опровержение.
Я делаю последний шаг.
Глава 24
Чтобы увидеть что-то лучшее, нужно раскрошить скорлупу.
Я делаю последний шаг. Передо мной предстают Элли и её парень. Её парень. Раньше я его знала иначе. Но я не верю. Это иллюзия. Моё воображение, галлюцинации.
Мне требуется невероятная сила, чтобы промолвить:
- Фант?
Мой голос дрожит, когда я вглядываюсь в лицо и понимаю, что ошибки нет. Те же волосы, глаза, улыбка, силуэт. Это весь он.
- Но... но... я видела, как ты умер, - с этими словами катится моя одинокая слеза. Ведь это так. Я видела его смерть, оплакивала, мстила... Я не могу сдержаться. Я не могу себя контролировать.
«Дело не в том, где правда, а в том, как её преподносят, а другие воспринимают.»
Теперь эти слова Армани заиграли совершенно иначе. Ко мне медленно, но всё же подкрадывается осознание происходящего.
Я стою, не зная, как поступить. И Фант не движется. Смотрит на меня, но не как я, а сдержанней. Я не вижу прежние смешинки в его глазах.
- Можно, - я набираюсь смелости (это тяжело, учитывая, что я не могу понять, о чём он думает), - можно я обниму тебя?
Я чувствую холод и пустоту. Мне нужно его одобрение, понимание. Эл поняла. Эл приняла.
Но он не отвечает. Даже делает маленький шажок назад. Мою грудь что-то резко сжимает, в носу щипает, а ноги отказываются находить опору. Я даже не поняла, как потеряла эту опору ещё полгода назад.
Не выдерживаю. Не нужно. Я слабее текущей ситуации. Я...
- Сейчас вернусь.
На ватных ногах, - бредя строго по мышечной памяти, - я нахожу ванную комнату. Дрожащими руками я закрываю за собой двери и, к счастью, успеваю опереться на умывальник.
Я смотрю на кран, замечаю разводы, где-то застывшее масло, но это совершенно не важно. Сделав глубокий выдох, я поднимаю глаза и разрешаю себе столкнуться с правдой. Я смотрю в эти рассеянные глаза, дрожащие губы, бледные щёки и больше не вижу себя.
Всё, что я считала праведным, оказалось моей собственной иллюзии. Все мои «шаги» за последнее полгода были моей личной ошибкой.
Я портила, гналась и убивала не из-за мести, а из-за собственной пустоты, неполноценности. Ведь... Кто я? Бессмысленно, бесцельно. Убийства — это не счастье, не гордость, не уверенность, а то, чем я пыталась что-то изменить. Дурость.
Я не могу так. Не могу! Не могу смотреть, не могу дышать, не могу ощущать. Просто не могу!!!
- Аааааааааа!!!
Я со всей силы ударяю по зеркалу правой рукой, затем левой. Бью, бью, не чувствуя, как сочиться крови, как раскрошилось стекло.
Слёзы текут одна за другой. Я и их не чувствую. Я чувствую только пустоту, поселившуюся где-то в области груди. Кое-как я сползаю на пол, а спиной откидываюсь на тумбочку под умывальником.
Он жив. Он, мать вашу, жив. Мой рой в голове не помогает сосредоточиться, поэтому я позволяю себе замереть. Не иметь намерения что-то видеть, ходить или к чему-то прикасаться.
- Что случилось?
Я даже не услышала, как открылась дверь. Эл обеспокоено садиться на корточки и рассматривает меня.
- Не переживай, - мой голос очень хриплый, - я куплю тебе новое зеркало.
- Чёрт с ним, - машет рукой подруга и старается меня обнять.
- Эл, я плохая, - признаюсь скорее себе, нежели Элли. - Я зло. Я монстр.
«Монстр». Именно так меня назвал тот мальчик. И он был поистине прав.
- Ты Лис, - Элли гладит меня по волосам, - с которой я устраивала водные баталии, с которой я готовилась к экзаменам, с которой я пробыла всю жизнь. И пока... этого достаточно.