От меня не ускользает, как кривится папа, а мама отводит взгляд и вздыхает.
- Наши ресурсы на пределе. Кажется, мы подходим к концу, - всё же говорит мне папа. Я выразительно фыркаю, намекая, что предугадала это. Также я замечаю, что папа и слово не говорит, что идут к успеху. Чем закончится эта недовойна? - Но мы очень хотим провести свободное время с нашей девочкой.
Я выдавливаю улыбку. Ооох какая я стерва. Я могла б приободрить их, заставить смеяться, но на деле я злюсь, обижаюсь и, буду честна, радуюсь. Мне приятна мысль, что частично они здесь ради меня.
Папа проходит внутрь, а мы с мамой следом.
- Тогда каков ваш плаааан…
Я не успеваю закончить фразу, потому что от удивления мой язык отказывает. В маленькой гостиной, где обои противного зелёного цвета, столпилось много народа. По крайне мере складывается такое ощущение, потому что комнатка вмещает не больше двенадцати человек, а если эти люди - высокие накаченные парни, то уже шесть из них занимают всё пространство.
- Что они здесь делают?! - выкрикиваю я, при этом указывая на старшину и трёх незнакомых парней.
- Нам надо решить важные моменты. Время не ждёт, - говорит папа, но слышу по голосу, как он напрягся.
- Выметайтесь! - кричу я, взмахом руки открывая дверь. Родители смотрят на меня удивленно, а старшина - недоуменно. - Вы не понимаете. Вы принесли за собой хвост.
- Мы следили хорошо. Всё чисто, - возразил Калеб.
- Если бы…, - в отчаянии начинаю я. Я не для этого рисковала жизнями людей на вокзале ради родителей, чтобы мы тут все передохли в окружении зелёных обоев. - Ваши метки, Калеб, приведут сюда Охотников, поэтому уходите.
- Нет необходимости, - встревает папа. - На сколько мне известно, за счёт иллюзий Первородного мы можем выиграть время. Его магия собьёт Охотников на неопределённый период.
Я выравниваюсь. Пускай. Пускай в это верят. Обидно, но краем сознания и мне хочется верить, но это не спасёт нас от гнева Армани и правительства. Но я молчу.
Повисает напряжённая тишина. Я не знаю, что затеяли эти люди, не знаю, доверяют ли мои родители пардам.
- Пройдемте в кабинет. Там есть большой стол, за ним всё и обсудим, - поддаёт мама голос и указывает на соседнюю дверь.
Как стадо баранов, мы по одному заходим внутрь. Здесь ненамного больше пространства, но за счёт того, что некоторые рассаживаются в креслах, есть где шаг ступить.
Мама приносит два дипломата, а отец выкладывает оттуда приличную стопку бумаг. Когда он берет одну из них, ко мне обращается Калеб:
- Прежде чем начнём, уточняю: ты принимаешь наше приглашение?
- Нет, - без раздумий отвечаю. - Я не приму ни чью сторону, Калеб. Хватило, наигралась. Я здесь, только потому что на время наши цели сошлись, но не жди от меня доверия.
Такая себе речь. Вряд ли после неё можно заработать союзников, но, будем честным, сейчас они нуждаются во мне больше, нежели я в них.
- Пусть с этим, - ставит точку отец, раскрывая свёрток бумаги. Это карта. Наша страна. То, что мне порой казалось непостижимым, но три месяца погонь за пардами дали насладиться всеми краями вдоволь. Я вижу отметки. Где-то красным, а где-то синим маркёром обведены города. Некоторые из них перечёркнуты.
- Что это означает? - спрашиваю я и указываю на символы.
- Синим указаны города, где ожидается облава со стороны вулов. Пару стай к нам примкнули, но большинство решили не участвовать, - объясняет отец. А ведь и правда: синих кругов было куда меньше остальных. - Красным - города, где послезавтра начнутся страйки. Договоренность с ними держится на добром слове, но у нас нет иного выхода. Перечеркнутым - города, которые мы обходим стороной.
- Почему?
- Ни местную власть или знать там перевести на свою сторону не удалось. Более того, даже подкупить нам не под силу.
Столица тоже перечеркнута. У них нет здесь союзников. Значит, банда, которая находится сейчас в комнате, единственное, на что можно рассчитывать.
Но на эту карту мы много времени на тратим. Мама поддаёт следующую, где масштаб куда меньше, суженный до одного здания. Дворца.