Спустя какое-то время мы обе успокоились, и мама посмотрела мне в глаза:
- Ты, правда, совсем его не боишься?
- Разве бы я осталась с тем, кого боюсь? – резонно спросила я в ответ.
- Все никак не привыкну к тому, что спутником моей дочки стал сам Каратель Хемминг, - улыбнулась маман. – Но, кажется, ты счастлива.
- Да, - кивнула я. – Очень.
И это действительно было так.
***
Поначалу мне не казалось, что мой двадцать шестой день рождения пройдет как-то по-особенному. Сегодняшнюю ночь я ночевала дома с мамой и искренне надеялась проспать как минимум до обеда, но кто бы мне позволил?..
Многие считают, что друзья – это хорошо. Я же вам могу с уверенностью заявить – друзья-полуночники (во всех смыслах) – это проблема проблем. Потому что они вытащили именинницу ни свет ни заря и… Впрочем, после того, как мне вручили первый подарок от мамы, я злиться перестала, примеряя шикарный браслет из бронзы с вкраплениями золотых топазов, который являлся сильнейшим амулетом защиты владельца на физическом и ментальном уровне.
Первым пунктом, куда нас – двух Ань, Юргена, Богдана и Кира по одной штуке каждый – привез Булатов, был… детский развлекательный комплекс. Где я чуть не умерла от смеха, глядя, как на всех порах и с диким хохотом к огромному батуту несется Кирилл. За ним гнались дракон и Дан, а мы с Анькой даже не пытались бороться за первенство, здраво понимая, что за этими большими детьми нам не угнаться чисто физически. Заряд бодрости и великолепного настроения был получен с самого утра.
Там мы провели почти пять часов, опробовав все карусели и на мгновение (очень длинное) снова почувствовав себя детьми. Знаете, такое упоительное ощущение, особенно, когда тебе уже двадцать шесть и все ждут от тебя серьезного и адекватного поведения.
Ничего, подождут.
Следующей нашей остановкой был пейнтбол. Там мы пробыли в общей сложности четыре часа, и после марафонского забега с винтовками, цветными зарядами и гипотетически раненым товарищем на плечах (Богдан почему-то решил, что только Ани достойны выносить его нехилую тушку с поля боя) вывалились оттуда уставшие, но донельзя довольные. Быстро ополоснувшись в прилежащих душевых, понеслись дальше.
И вот тут, простите, я чуть ежика не родила от неожиданности. Потому что это был личный подарок будущей четы Бранд – гоночная машина, серебристо-голубая, ярко выделяющаяся в ровном ряду черных и красных сестер. Водила я вообще чуть лучше, чем никак, всегда считая это чисто мужским занятием, и честно сообщила об этом миллиардеру. Тот сказал, что верит в меня, и за шиворот подсадил внутрь к этому сверхскоростному монстру, нахлобучивая на голову шлем.
Сначала я боялась, стеснялась и опасалась, но после ничего – освоилась, обнаглела и скоро уже вовсю подрезала ехидно ухмыляющегося гонщика. Победить восьмикратного чемпиона мира никто из новичков не смог (Ане он поддался, потому это не считается!), но разок я сумела прийти третьей (после Кира, который водит без малого всю жизнь). Из машины я вылезала слегка зеленая, но счастливая и довольная, с бурей эмоций на душе и гипертрофированной нехваткой слов, дабы их выразить.
Был уже вечер, когда мы завалились в кафе, где к нам присоединилась Лиля, которая по понятным причинам на первые три этапа пойти не смогла, я была ей очень рада. Наконец-то поели, снова посмеялись, вспоминая молодость и смешные байки из прошлого. Рассказали их в лицах Лиле и экс-гонщику, которые порой смотрели на нас как на… не самых умных магов и оборотня. Но это было весело и здорово. К концу посиделок я так насмеялась, что не могла даже улыбаться – мышцы ныли при малейшем движении.
Поэтому когда Кирилл подвез именинницу до дома Карателя, она еле стояла на ногах от усталости. Наверное, именно поэтому Аня вызвалась проводить меня до ворот.
- А… Хемминг? Он не поздравит?
Сама того не зная, подруга затронула тему, о которой я весь день старалась не вспоминать. И ведь успешно же!..
Когда я утром проснулась и не обнаружила ни поздравлений, ни цветов, ничего вообще, то в голове сразу же всплыла сотня оправданий: чувствует себя чужим среди моих друзей, никто из них не стремится к общению со Шмарре-Кошмаре, не хочет вызвать неловкость, а может просто что-то случилось на работе…
Но когда за весь день меня поздравил кто угодно, только не он…
- Я думаю, он занят. У него работа такая, которую нельзя отложить, ты же знаешь, - улыбнулась я вполне натурально.
Но, как видно, не слишком, раз Анька тут же вспыхнула:
- Хочешь сказать, этот волчара тебя даже не поздравил?!
- Ань…
- Говори, что хочешь, а я пошла драть его карательный зад! – потушив в кулаках огонь, прошипела девушка и продолжила бушевать: - Не поздравить мою подругу! Это же надо так хотеть сдохнуть!.. Ну, ничего, уж я-то его научу хорошим манерам…
- Аня, - тихо, но твердо позвала я. Брюнетка повернулась. – Я пойду домой спать, вы тоже все поедете по домам, и никто ничьи задницы драть не будет, хорошо?
- Аня! – словно отзеркалила огневичка.
- Хорошо?!
Та недовольно сдвинула брови к переносице, но через пару мгновений все равно кивнула. Я благодарно ее обняла и чмокнула в щеку.
- Спасибо за этот день.
- Не за что… ледышка. Спи, отдыхай.
Она проследила, чтобы я дошла до двери и зашла в дом, и лишь после этого села в машину. Я вздохнула и направилась в ванную. Дом был темным и пустым, сегодня даже экономки не было, посему я могла со спокойной душой закатывать истерику.
Но слез почему-то не было. Я не стала их выдавливать. Постояла под горячей водой, смывая усталость насыщенного дня, вымылась с любимым гелем с запахом шоколада, завернулась в полотенце, шлепая босыми ногами в спальню и…
…едва не поседела, обнаружив в ней гостей. Огромных таких, босых, в черной рубашке и прямых брюках и с пультом от музыкального центра в руках. По всей спальне горели свечи, расставленные в хаотичном порядке и которые загорелись, как только я переступила порог.
- Такой цвет волос, как у тебя, мне не пойдет! – обвиняюще воскликнула я, проходя к кровати, но меня остановила музыка.
И плавное движение-шаг ко мне.
***
Он все-таки сделал это! Ради нее! Пересилил себя!
Девушка в предвкушении улыбнулась: музыка, которую можно было охарактеризовать только как темная, сексуальная и порочная, лишь подогревала интерес. Сильнейший из оборотней, босой и одетый во все черное, двинулся к ней плавным, скользящим шагом хищника, не сводя с застывшей ведьмы серых глаз.
Он не танцевал, но двигался так, что у Ани пересохло во рту. Она судорожно вцепилась в полотенце, и мужчина, который подошел уже так близко, что она чувствовала его запах, ухмыльнулся. Большая ладонь поднялась в такт мелодии и прикоснулась к девичьей щеке, оставляя между их кожей миллиметр расстояния. Хладова потянулась за лаской, но Хемминг отпрянул, продолжая соблазнять просто обычной походкой, медленно обходя девушку по кругу. Та поворачивала за ним голову, и в какой-то момент он схватил ее за руку и закружил, выводя в центр комнаты и, что греха таить, поближе к кровати.
Ведьма держалась за полотенце, чтобы то не упало раньше времени, и в какой-то момент их глаза встретились – в комнате резко повысилась температура, Ане стало нестерпимо жарко и душно, однако она глаз не сводила со своего оборотня. Да, сегодня он наконец-то полностью станет принадлежать ей одной!
Натан остановился четко перед девушкой, и длинные, крепкие пальцы двинулись от воротника вниз, ловко расстегивая каждую пуговку и постепенно оголяя все больше кожи. Хладова посмотрела в серо-стальные омуты и чуть заметно улыбнулась – несмотря на все напускное безразличие, легкую надменность и властность выражения его лица, в глазах Карателя отражалось опасение и немного – неуверенность.
Аня ободряюще подмигнула и скользнула взглядом вниз, прослеживая дорогу, вычерченную шрамом. Она судорожно вздохнула – отметина уходила под ремень брюк! Кто мог оставить ее?! Женские ладошки, такие удивительно маленькие и белые по сравнению с могучим, чуть загорелым торсом мужчины, слегка подрагивая от предвкушения, прикоснулись к коже. Девушка смелее двинулась дальше, изучая уже с закрытыми глазами, чтобы ярче чувствовать удивительную мягкость и гладкость кожи. Там, где не было шрамов. А таких мест было крайне мало.