Так что я решила насладиться видом самого Джея. Некоторые люди выглядят привлекательно в профиль, другие в анфас. У Джея нет с этим проблем. Он хорош, с какой стороны не посмотри. Я могла бы написать диссертацию о совершенстве его подбородка. Могла бы сочинить оду его широким крепким плечам. Или написать роман о его руках, и что он ими вытворяет.
Меня бросило в жар, поэтому я немного прибавила кондиционер, а затем сдвинулась на сидении, чтобы размять спину. Мое терпение на исходе, я уже устала быть за рулем, хотя веду машину меньше часа. Мы останавливались и перекусили нездоровым, да и невкусным обедом в закусочной, не имея другого выбора. Но обилие жгучего соуса сможет сделать приятным даже безвкусный тако.
По-моему, это отличная метафора для жизни.
Именно это я и сделала, когда решила сделать Джею минет — немного оживить нашу долгую и нудную поездку. Я сама не понимаю, как это произошло. Словно во мне живет маленький чертенок, который большую часть времени молчит, но иногда он просыпается и овладевает разумом.
Тебя никогда не арестовывали… это не шутки.
Его слова прозвучали так, словно он знал из личного опыта. Как только до меня дошел смысл сказанных им слов, я была сбита с толку. Но он не стал уточнять, а его объяснение имело смысл. Поэтому я не стала вдаваться в подробности, потому что даже не допускала мысли, что Джей мог совершить правонарушение, и его арестовывали.
Но все же у меня оставалось сомнение. А что, если Джей не всегда был таким, каким я его знаю: парнем, всегда живущим по правилам и не способным поддаться соблазну совершить ошибку? Впервые за все время, что я считаю его своим лучшим другом, я задумалась, а так ли хорошо его знаю, как мне кажется. И мне не нравится то, что я не знаю ответ на этот вопрос.
Может, тебе стоит посчитать случившееся уроком и начать вести себя по-взрослому.
Понимаете, я считаю, что у меня неплохо получается жить самостоятельной, взрослой жизнью. Возможно, я ошибаюсь. И он прав, хотя я видела по его взгляду, что он моментально пожалел о своих словах. Что не означает, что они не могут быть правдой.
Я не собираюсь брать всю вину на себя. Садясь утром в машину, у меня не было плана наброситься на Джея, пока он вел машину. Но меня позабавила его реакция на рассказ о вчерашней вечеринке. То, как вначале он был ошарашен, затем заинтригован и возбужден, но усердно пытался это скрыть, впрочем, безрезультатно.
Мой бывший, Мэтт, был тем, кто помог мне осознать, какой властью наделяет тебя минет. Ты контролируешь весь процесс и решаешь, что и как будет происходить дальше, в то время как мужчина в этот момент почти беззащитен. И я испытываю удовлетворение от того, что дарю другому человеку невероятное наслаждение.
Мне становиться тошно, стоит мне подумать, как искренне я дарила себя Мэтту Нолану. Я бы отдала что угодно, лишь бы вернуть все обратно. Возможно, я тешу свое самолюбие, представляя, что он иногда вспоминает обо мне. Но, с другой стороны, мне противно, что у него остались такие воспоминания. Мне не хочется быть причиной его счастья, даже секундного. Он этого не заслуживает.
С Джеем все по-другому. Прежде всего, мы давно друг друга знаем. За шесть лет дружбы я видела все его взлеты и падения. Мы не притворяемся, и я смело ему доверяю. Но он не мой парень. Мы не пара. Мы — это просто мы. Остаемся сами собой и наслаждаемся обществом друг друга. И мы не намерены вгонять себя в какие-то рамки и стереотипы.
Я могла бы обойтись и без его правил и условий. И было бы совсем замечательно, если бы он расслабился и перестал злиться на меня по пустякам.
Меня внезапно окутал страх, что я забыла бабушкин подарок. Но тут же вспомнила, как положила его в свою сумку. Облегченно выдохнув, боковым зрением я уловила движение Джея. Он вытащил наушники, выключил телефон и потер глаза. Дождь закончился еще во время обеда в той закусочной, с холодными тако, но небо до сих пор было затянуто серыми тучами, пряча от нас солнце.
Джей поднял руку и посмотрел на наручные часы, как будто пару секунд назад он не видел время на экране телефона.
— Чем ты занимался на своем телефоне? — спросила я.
— Сидел в приложении по изучению иностранных языков.
Ладно. Его ответ не удовлетворил мое любопытство. — Ты изучаешь язык? Какой?
— Французский.
И он больше ничего не сказал. От чего мне пришлось выпытывать из него информацию. — Зачем?
Я посмотрела на него, он пожал плечами. — Он мне понадобится, когда я уеду работать с дядей Уоренном.
Да, точно. У меня внутри все перевернулось, и я не поняла почему. Не ври себе, Миа Уотерс.